Значит, мисс Уэст считала себя некрасивой? Неужели Кимберли никогда не видела свое отражение в зеркале в другой одежде? Например, в той же шелковой сорочке из изумрудного шелка? Или в бальном платье правильного цвета, подчеркивавшего её красоту?
— О чем ты так задумался?
Кончик языка зачесался — так сильно захотелось поделиться с девушкой своими размышлениями относительно ее внешнего вида. Но как сейчас, когда уже осознал, что Ким тоже жертва интриг, сказать о том, что в нижнем белье она невероятно соблазнительна?
— О том, как лучше сделать тебе предложение.
Я сощурил глаза, чтобы снова не выдать эмоцией свои чувства.
— Какое? — В больших глазах застыла настороженность.
— Руки и сердца.
— А если серьезно? Ты же сказал, что можешь помочь.
— Я и говорю серьезно. Дело в том, что сплетни о том, где и с кем я провел эту ночь, рано или поздно разойдутся по всей столице. Это вопрос времени. Слишком громко орала твоя милая тетушка. Видимо, чтобы все домочадцы и вся прислуга услышали, что ты опозорена. А всех невозможно заставить молчать или проконтролировать.
— Понимаю, — буркнула девушка. — И выход не вижу.
— Любая другая увидела бы уже.
— Ты снова намекаешь насчет нашего брака? Но это несправедливо. По отношению к тебе. Да и я собираюсь выйти замуж по любви. Мне всего-то нужно продержаться год. Поэтому данный вариант рассматриваю как самый последний.
— Ну раз ты рассматриваешь его, как самый последний, — спокойно заметил я, хотя отчего-то меня охватило просто громадное раздражение, — то и я не настаиваю. Но предлагаю тебе фиктивную помолвку. На год. Чтобы спокойно доучиться в университете. А когда получим дипломы, разорвем её, и каждый пойдет своей дорогой.
— Мне нужно подумать.
Захотелось постучаться лбом о стену. Ей надо подумать. ПОДУМАТЬ! Согласиться ли на предложение герцога Вирского, чтобы спасти испорченную репутацию или нет! Кимберли Уэст однозначно какая-то неправильная девица.
— У тебя есть пять минут. — Убрал руки за спину и сцепил их в замок, чтобы не протянуть их к рыжуле и не встряхнуть её хорошенько. — А после мы выйдем из этой комнаты и думать будет поздно.
— Я поняла, — кивнула девушка, и лицо её стало таким печальным, словно я предложил по меньшей мере кого-то ограбить. Или убить. — Пять минут.
Кимберли стала вытаскивать свои немногочисленные вещи из шкафа и складывать их в саквояж. И думать.
Я же, словно завороженный, наблюдал за каждым её движением, за тем, как она хмурила брови и кусала губы. До зуда захотелось прочитать её мысли. Что именно смущало в помолвке со мной. И какие ещё варианты она перебирала?
— У твоей невесты будет много обязанностей в течение этого года? — Кимберли взглянула на меня исподлобья.
— На пару официальных мероприятий придется пойти, иначе не поверят, что наша помолвка настоящая. Ну и саму помолвку нужно посетить. Без тебя она точно не состоится.
— Все равно нам не поверят, — вздохнула девушка. — Журналисты начнут ковырять, почему герцог Вирский решил предложить руку и сердце девице без рода и племени. И докопаются до правды. И все.
— Что «все»?
— Всем сообщат, что я воспользовалась твоим, допустим, нетрезвым состоянием и залезла в твою постель.
— Если быть точным, затащила в свою постель.
Девушка порозовела и недовольно сверкнула глазами.
— Тебя сильно расстроит, если о тебе будут так думать? — уточнил я.
— Я могла бы солгать и сказать, что нет, — дрогнувшим голосом отозвалась девушка. — Но не буду. Да, меня это расстроит.
На некоторое время в комнате воцарилось молчание. Если бы мне кто-нибудь когда-нибудь сказал, что я стану уговаривать едва знакомую девицу согласиться на помолвку со мной, то я рассмеялся бы этому чудаку в лицо.
— Есть выход из положения. Мы сыграем в безумную влюбленность с первого взгляда.
— Никто не поверит.
— Если ты доверишься мне, то поверят. Все. И даже сомнений не возникнет.
— Даже у королевы? — удивилась Кимберли.
— Моя сестра будет знать правду. Её не стану обманывать. К тому же она поможет нам.
/Кимберли Уэст/
Королева нам поможет? Хорошо это или плохо в моем положении?
Наверное, Ричард Честон решил, что я странная и легкомысленная девица. Однако откуда ему было знать о тех причинах, которые заставляли меня сомневаться и взвешивать за и против принятия его великодушного предложения. А то, что оно было именно таким — великодушным — у меня не возникло сомнений.
Однако я все же колебалась.
Много лет удавалось не привлекать к себе внимание представителей высшего света королевства. Именно на этом настаивала бабуля, когда, наконец, после моих долгих уговоров, благословила меня на учебу в лучшем учебном заведении нашего государства. При этом выглядела она хмуро и встревоженно, чем невероятно впечатлила меня.
— Кимберли, я не могу тебе объяснить, почему настаиваю на этом, но, если хочешь, чтобы твоя мечта исполнилась, прислушайся к моему совету.