– Хорошо. Здорово, Макс. Жанна беременна!
Мои глаза расширились:
– Снова?
Он рассмеялся.
– Это происходит так: меня просто ставят перед фактом.
– Еще раз поздравляю. А где мой друг из универа?
– Он исчез в тот момент, когда я узнал, что Жанна беременна первенцем, – пошутил он. – Я признаю, что тогда я не так представлял себе свою жизнь, но я бы не поменял ни минуты из нее. И ни на что не променял бы детей, – сказал он уже серьезно.
– Я рад за тебя.
Он наклонился вперед, сделал большой глоток виски из стакана и ухмыльнулся.
– Но, честное слово, если бы она не позволяла мне выходить раз в неделю выпить, я бы сошел с ума.
Я рассмеялся.
– Рад, что ты не совсем потерян для общества. Если бы это было не так, я бы тебя не понял.
– Иметь семью, гм, непросто, – сказал он, сморщив нос.
– Вот и я пытаюсь найти способ заполучить что–то из этого в свою жизнь.
– Что именно? Жену? Малыша? – спросил он.
– Думаю, и то и другое. Разве они не идут в комплекте?
Илья рассмеялся.
– Ну… Технически нет.
– Что ж, мне нужен наследник. И это должно произойти только одним способом. У меня не может быть внебрачного ребенка. Я уверен, что есть пункт, который препятствует наследованию, если ребенок родится вне брака.
– Ты говоришь о завещании своего отца? – уточнил он.
– Да. – Я сделал глубокий вдох. – Мой отец говорил: «Наследует тот сын, который производит на свет первого наследника». Димка при этом единственный, кто мог бы стать проблемой. А я не смогу работать ни на кого из своих братьев.
– Понимаю, – кивнул Илья. – Итак, тебе нужно найти женщину, которая будет терпеть тебя достаточно долго, чтобы родить тебе ребенка.
– Это мне придется с ней мириться, – ответил я.
– Макс, я знаю, что ты легко находишь женщин, которые хотят с тобой спать. Это единственная вещь, которая тебе дается очень легко. Я не понимаю, в чем проблема?
– В том, что я еще не встречал женщину, которую смог бы выносить дольше одной ночи. Они все так отчаянно хотят быть со мной, что сводят меня с ума. Эти все «да, дорогой» и «нет, дорогой», «дорогой, все, что пожелаешь!» Ты бы хотел, чтобы Жанна была такой?
Он поморщился:
– Нет. Определенно нет.
– Именно об этом я и говорю. Если бы я собрался на ком–то жениться, я бы хотел, чтобы она сама что–то из себя представляла, была такой, с кем я мог бы говорить на равных. К тому же я должен быть в состоянии переспать с ней несколько раз, на случай, если не получится с первого раза, – сказал я, понизив голос.
Он рассмеялся и кивнул.
– Понимаю. И еще думаю, что поспешность при выборе кандидатки приведет к тому, что ты в конечном итоге пожалеешь об этой затее. Не торопись. Найди женщину, которую полюбишь, и позволь природе взять свое.
Я приподнял бровь, глядя на него.
– А как ты это сделал?
– Я, наверное, не самый лучший пример, но я люблю Жанну.
– Ты это знаешь сейчас. Вы двое еще даже не думали влюбляться, когда ты ее обрюхатил, – напомнил я ему.
– Это не совсем так. В ней всегда было что–то большее. Тогда я никак не мог толком понять, в чем дело, меня просто тянуло к ней. Словно нас связала какая–то космическая сила. Я не смог бросить ее, как только ее добился, и продолжал снова и снова возвращаться за добавкой, – сказал он с усмешкой.
– И тринадцать лет спустя, и спустя три с половиной ребенка, тебя все еще тянет к ней, верно? – сухо уточнил я.
Он кивнул в знак согласия.
– С каждым днем все сильнее. Тебе стоит попробовать. Я думаю, ты поймешь, что любовь и брак – это хорошо. Это дает цель. Все в жизни приобретает немного больше смысла. Ты стараешься быть лучше, стремишься делать больше для своей семьи.
Я демонстративно оглядел зал, прежде чем снова посмотреть на него.
– Я что, подписался на какие–то курсы по взаимопомощи, сам того не ведая?
– Прекрати. Я пытаюсь сказать тебе, что не обязательно оставаться холостяком. Поверь мне, жизнь становится лучше, когда ты можешь разделить ее с тем, кого любишь.
– Мне кажется, что я родился таким. В моей ДНК пропущена часть, которая отвечает за стремление к созданию семьи, – вполне серьезно сказал я.
Он рассмеялся.
– Нет, ты просто слишком упрям, чтобы признать, что ты одинок.
– Я определенно не одинок. Я сам себе хозяин. Я прихожу и ухожу, когда мне заблагорассудится. Я ем по настроению и смотрю по телевизору все, что, черт возьми, захочу. Мне никто не говорит, что делать и когда это делать.
Он покачал головой.
– И тебе никогда не удастся вернуться домой после долгого дня, обнять жену, забраться в постель и рассказывать ей о своем дне, зная, что она тебя слушает. Ты не просыпаешься утром, чтобы увидеть рядом с собой человека, которого любишь. Ты не можешь быть самим собой, в своем самом базовом, самом уязвимом «я».
Я закатил глаза.
– Вот теперь ты действительно преувеличиваешь. Я не ищу этого. Мне нравится моя жизнь. Мне нравится делать то, что я хочу и с кем я хочу. Я могу прямо сейчас попросить у этой официантки номер ее телефона, и в этом нет абсолютно ничего плохого. Ты не можешь похвастаться тем же самым.
Он обернулся, чтобы посмотреть через плечо на официантку.
