– Твой корабль пошёл ко дну раньше, чем я собирался забрать тебя. И вам вообще повезло, что я крутился рядом и подоспел вовремя, потому что иначе точно были бы жертвы. А так я проследил, чтобы все в лодки уселись: кого-то пинком, кого-то просто оттянул, чтоб о борт башку не расхерачил. Ну а потом занялся тобой…
И он, тут же позабыв о недавнем гневе и протянув длинное удовлетворённое «м-м-м-м-м-м-м», потянулся с поцелуями. Чмокнул меня в губы, затем погладил ладонью щёку, а следом засунул большой палец между зубов, чтобы я не могла закрыть рот, и придвинулся плотнее. Высунул язык и просунул его мне в рот, а там стал елозить по нёбу. Я пыталась отодвинуться, но он не давал, а потом сам убрал язык и попросил:
– Дай мне…
– Ш-хто? – смогла кое-как выговорить я.
– Дай мне свой язык. Хочу полизать его. Пожалуйста, – и он требовательно застонал.
Я подчинилась, и он тут же мягко прислонил свой язык и стал им чуть подёргивать, чтобы они тёрлись друг о друга. Было и дико, и противно, и странно, и возбуждающе. Одно из щупалец уже дотянулось до моих половых губ и тёрло сверху.
Я приложила неимоверное усилие, но извернулась. Смогла освободиться и от захвата, и от пальца во рту. Тилори́н от неожиданности обвил щупальце вокруг моих сомкнутых ног, но не сжал.
– Хватит, прошу! – взмолилась я, садясь и стараясь отодвинуться.
– Ты устала, сладкая писечка? – спросил он, тоже сев, а на лице было такое разочарование, что я аж задохнулась.
– Тилори́н, ты хоть понимаешь, насколько для меня дико вообще всё это?! Всё, что происходит! Господи, да я вчера ещё была нормальной девушкой! Я была девственницей, мразь ты такая! У меня была жизнь! Я универ кончила, на стажировку устроилась, отпуск выбила! Да я замуж этим летом собиралась выйти в августе, кальмар ты недоделанный! И что?! И за одни сутки ты уничтожил всё, что у меня было! Работе конец! Семейной жизни конец! Моя первая ночь! Тилори́н, ты хоть представляешь, сколько я планировала свою первую ночь с мужчиной?! А ты взял меня, когда я вообще без сознания была! Да как ты вообще посмел?!!!
И я, размахнувшись, со всей силы стукнула его кулаком в лицо. Длинное щупальце рефлекторно оказалось рядом, но в последний момент остановилось, дав мне завершить удар. Костяшка хрястнула, и Тилори́н рывком отлетел, стукнувшись затылком о скалу, и с досадливым стоном зажал нос.
Посидели. Я пыталась отдышаться и баюкала руку, он хлюпал и стирал с губ текущую из ноздрей кровь.
– Ну, – сказал он чуть погодя, – замуж ты выйти вполне себе можешь. Правда, платья тут найти негде, но могу достать кольца. Хочешь? – и как ни в чём не бывало улыбнулся, а на зубах лопнул кровавый пузырёк.
– Тилори́н, ты вообще не понимаешь, что ли? – спросила я дрожащим голосом. – Я не хочу. Я хочу уйти отсюда! Я хочу сюда никогда не попадать вообще! И где вообще моё платье? Где мои вещи?! И где мы вообще?!
Он шмыгнул и спросил:
– Тебе на все вопросы отвечать или только на последние?
– На все!!! – взвизгнула я и стукнула кулаком на этот раз его в предплечье.
Впрочем, это не произвело должного эффекта, потому что Тилори́н невозмутимо зашебуршал щупальцами, оплетая меня со спины, словно кошка хвостом. Затем придвинулся сам, взял мои запястья, скрестил их, укладывая меня на бок и ложась сам, и притянул, так и не отпуская, к себе поближе. Освободил одну ладонь, с лёгкостью удерживая одной рукой сразу две сжатые мои, и запустил наглые любопытные пальцы мне между ног, но лишь слегка поглаживал всё ещё скользкий и мокрый клитеральный капюшон, а на лице блуждала улыбка.
– Ну, во-первых, – начал он, – я понимаю тебя намного лучше, чем ты сама, и знаю, что ты бы никогда не согласилась на эту авантюру, знай, чем это обернётся.
Едва я открыла рот, чтобы с негодованием подтвердить, как он убрал руку, схватил меня за талию, резко придвинулся, тут же перехватил за волосы на затылке, а потом засунул мне язык, чтобы я заткнулась. С жаром поцеловал, нисколечко не смущаясь, и потёрся мне о живот восстающим естеством.
– Нет, только не опять! – взмолилась я, когда он выпустил меня, сёрбнув слюной в конце. Во рту остался лёгкий привкус крови, что уже засыхала у него под носом.
– Да ладно, сладкая, ты хочешь меня. Я чувствую, как у тебя губки кровью наливаются, – хрипловатым голосом сказал он, протянул руку и взял мою грудь, начав мять. – На чём мы остановились? Ах да, ты спрашивала про платье. Так вот, платье твоё в виде лоскутков давно лежит на дне океана. Только вот не этого, а другого. Тот был Атлантический, а этот – Индийский. Уж прости, тащить ненужную здесь одежду я не стал.
– Индийский? – ошарашенно прохрипела я.
– Ну да, – подтвердил Тилори́н. – У меня этот – телепортатор особый. Типа, магия, всё такое. Помнишь, когда плыли? Давление поменялось ещё.
– Помню…
– Ну вот. Это я тоже умею. Только не спрашивай как, я сам хрен его знает. Просто само вылупилось, когда стал глубоко заплывать. Думаю, наследие предков, – хихикнул, видимо, имея в виду того самого Посейдона, а затем возмутился: – И вообще, мы не тем заняты!