— Пойдем, — взрезал натянутые нервы его обманчиво спокойный голос.
Я едва не потеряла сознание в этот момент. Сдержалась. Сделала шаг вслед за ним, уже понимая, что то, что меня там ждет, будет каким угодно — но не тем, что должно будет мне понравиться…
[i]
[ii]
Пусть до момента, когда Алекс Крейн коснулся моего тела и сознания напрямую, я держала себя в руках и все еще верила в то, что все закончится довольно быстро, то сейчас было понятно: не загонится. Все только начинается.
Вроде он шел рядом, но я остро ощутила холод. Внутренний, скорее. Психологический.
В какой-то момент захотелось, чтобы ступеньки удержали, не пустили, все равно какой ценой. Если я сломаю себе конечность, этот кошмар закончится? Или Алексу будет плевать, и он не откажется от этого никогда и не за что?
Ступени вели вверх. «Не подвал», — успела отметить я, только легче от этого не стало. Огромное зеркало среди дизайнерских колонн отразило мою фигуру с неестественно прямой спиной. Без одежды.
Кажется, только сейчас я осознала, в каком положении оказалась. Отшатнулась назад, уперлась головой в плечо Алекса.
— В чем дело? — холод полоснул по сознанию ударами плети. — Я сказал, идти вперед!
Рассказать ему о том, что меня так шокировало и, собственно, остановило я бы не смогла даже под дулом пистолета. Но Крейн и сам все понял. Перевел взгляд в огромное зеркальное полотно и улыбнулся улыбкой, которой мне лучше было не видеть. Она выглядела как оскал. Или как контрольный в голову.
— Разве ты не любишь смотреться в зеркало? Делать по сто селфи на день? — демонические нотки обещания в его голосе ударили по коленам и сухожилиям, я устояла лишь потому, что упиралась плечом в грудь Алекса. — Я не буду отнимать у тебя эту привычку.
— Алекс, послушай, — если до того все происходящее выглядело. Как ролевая игра, то сейчас мне стало не до смеха. — Ты обещал, что мы поговорим…
Все вокруг молниеносно изменилось. Я не поняла даже. Как оказалась прижата к стене, на расстоянии всего лишь одной вытянутой руки Крейна, сомкнувшейся на моей шее.
Душить меня он явно не собрался. Но мне все равно не хватило воздуха. Я задыхалась уже от страха, а не азарта и предвкушения.
— Я тебе ничего такого, — Алекс наклонился ко мне, задевая щетиной кожу, — не обещал. А теперь закрой рот, или мне придется заткнуть его кляпом.
— Ч… чем?
Тьма билась о мое сознание, словно штормовые волны о скалы. Тьма может быть, оказывается, не черной, а светло-голубого или свинцового оттенка.
— Скоро узнаешь.
Когда Алекс убрал пальцы с моей шеи, я инстинктивно потянулась погладит кожу, но он не позволил. Обе руки упер в стену, по бокам от меня. На этом моменте слова закончились, да и сами мысли как-то избежать предстоящего — тоже. А Крейн просто играл со мной, как хищник со своей жертвой. Склонил голову к моему лицу, на вдохе. Вдоль шеи касаясь губами, волос, затем лба.
— Дыши, Марина.
Лучше бы не говорил. Я только сейчас поняла, что мое дыхание напоминает агонию утопающего. Только не это меня добило. Куда больше ранил тот факт, что Алекс все это видит… но останавливаться нес обирается.
— Выбери цвет, — его шепот приобрел новые вибрации, рассыпав дрожь по спине.
Я перестала понимать, что происходит. Но спрашивать, зачем это нужно, не решилась. Собрав всю свою волю и понимая, как с каждой секундой тяжело смотреть в некогда любимые глаза, сделала это.
Тут и не могло быть иного выбора.
— Серый.
Почему я не сказала «голубой»? Да, наверное потому, что этот цвет никак не мог иметь что-то общее с тем кошмаром, в который меня окунули.
— Твое стоп-слово.
— Что?
Алекс провел пальцем по моим губам, сминая жестом собственника.
— Можешь его произнести, если я потеряю контроль. Но вряд ли тебе это понадобится. Я его не теряю.
«Ты слетел с катушек уже давно», — вертелась на моем языке фраза. Но я ее не произнесла. Понимала — не в моем положении играть с монстром.
— Лицом к колонне, — последовал новый приказ. Я опомниться не успела и сделала, видимо, это слишком медленно. Потому что Крейн схватил меня за волосы, натягивая до боли и тем самым заставляя действовать быстрее.
Холодный мрамор коснулся моей пылающей кожи.
— Заведи руки за голову! — я вздрогнула, услышав звук расстегиваемого ремня, поспешные движения, шелест одежды. Облегчение оттого, что никто не собирается меня сечь ремнем, как Анастейшу Стил, сменилось накатом ужаса.
Сколько раз я закрывала глаза и представляла на месте своих партнеров именно его, Алекса Крейна! Как далеко я заходила в своих фантазиях — в них он мог делать что-то большее, чем то, что происходило сейчас. Почему же я чувствовала себя просто жертвой, загнанной в угол, без сладких волн экстаза от одной лишь мысли?
