— Так почему? Кто-то опять возвращает старые условия. Месть. Но за кого? И кому? Кеноби? Джедаи? Нет, они не угроза. Не сейчас. Не они. Нет! — он резко остановился, уставившись Императору прямо в лицо прозрачными, почти белыми глазами с точками зрачков. С минуту Люк стоял, замерев и не реагируя на тихий оклик Сидиуса. Сила заплескалась, захлестывая комнату, напрягшийся ситх чуял, как слуги перебираются подальше, наученные опытом, опасаясь попасть под раздачу.
— Люк. Люцифер… — тихий голос Палпатина заставил мальчика моргнуть и сфокусировать на нем внимание. — Месть.
— Месть, — послушно повторил ребенок. — Семья. Единственная ценность. Остальное — тлен.
— Почему? — прошептал мужчина, пользуясь странным состоянием мальчика, чтобы вытянуть побольше информации.
— Семья — это основа. Остальное — восполнимо. Захватить, сделать, добыть. Песок… Татуин… Как я мог забыть?
Сила дрогнула, взмывая бешеным вихрем, снова опадая и разливаясь наполненным ужасом приливом. Люк побледнел, хватаясь за грудь, приходя в себя. Он медленно упал на колени, потерянно уставившись на ладони.
— Песок… Сейчас.
Сидиус встал, подхватывая внука и прижимая к себе.
— Что случилось?
— Тетя Беру и дядя Оуэн мертвы.
Десантный шаттл в сопровождении истребителей несся к поверхности планеты, все больше отдаляясь от металлической громады «Мести». Сидящие на своих местах и ждущие приземления бойцы проверяли какие-то мелочи, шутили или молчали… Генерал Рам Кота, ответственный за проведение этой операции, довольно улыбался под защитой шлема. От кольца, спрятанного под бронированной перчаткой, шло легкое тепло, заставляющее вспоминать тот самый момент с нежностью и весельем.
Как оказалось, никакой церемонии на то утро запланировано не было. Когда нервничающий генерал вылетел из столовой и примчался в зал для совещаний, там его уже ждала иронично поглядывающая на него Лари. И больше никого.
— А… где? — завертел головой Рам, испытывая одновременно и облегчение, и какое-то смутное беспокойство.
— Кто? — дернула бровью Маравва. — Траун? Вейдер? Работают. На своих рабочих местах!
— А… — обалдел мужчина, начиная соображать. — Так это что? Шутка?
Женщина посмотрела на него, как на полностью пропащего недоумка, и демонстративно вздохнула, покачав головой.
— Рам. Вот скажи честно, — устало произнесла Маравва, складывая на груди руки. — Ты всерьез предложение делал или просто ляпнул от нечего делать? А? Вот только честно!
— Ну… э-э-э… — промямлил генерал, с ужасом чувствуя, что у него начинают полыхать уши. Как у мальчишки. Лари пробуравила его недружелюбным взглядом.
— Вот именно. Знаешь, Рам, я своих намерений не скрываю. И никогда не скрывала. Я очень даже не против окольцевать тебя… НО! Только если ты согласишься на брак, будучи в трезвой и ясной памяти, а не потому, что залил зенки по самое не могу! — рявкнула женщина, злобно оскалившись. — Тебе ясно, джедай героический?!
Кота закивал, вытянувшись, словно перед Советом в полном составе.
— Поэтому, Кота, пусть это послужит тебе уроком. И я очень надеюсь, что ты больше не будешь надо мною так обидно и жестоко издеваться. Ты ляпнул, словно подачку бросил. Запомни, Кота, — женщина подошла ближе, схватив генеральский воротник и перекручивая его удавкой. — Я такого больше не потерплю. И следующая такая шуточка может закончиться для тебя фатально. Ясно?
— Ясно, — просипел генерал, опасаясь шевельнуться. Воротник тут же расправился под ласковыми прикосновениями узких ладоней. Маравва осклабилась.
— Вот и ладушки. А теперь — вперед, через десять минут совещание. Кольца оставь себе, — обернулась Лари, выходя из зала. — Как напоминание.
Траун только слегка дернул уголком губ, отмечая счастливое выражение лица генерала, и больше никто не напоминал ему о пережитом потрясении. Лари вела себя как обычно, только будить регулярно стала лично, спуская пар. Следующая неделя прошла спокойно, но чем дальше, тем чаще Рам вспоминал эту неловкую ситуацию, и тем больше он думал, а потом и вовсе посвятил несколько вечеров медитациям, пытаясь прояснить разум. В конце концов, проснувшись однажды утром, он долго смотрел в потолок, понимая, что на самом деле принял решение уже давным-давно, вот только храбрости его озвучить не хватало. Все отговаривался чем-то… Может, пришла пора?
Генерал дождался окончания совещания, посвященного предстоящей наземной операции, встал и откашлялся.
— Господа. Минутку внимания.
Офицеры замерли, с любопытством уставившись на мужчину, присутствующий в этот раз Вейдер заинтересованно повернул в его сторону шлем.
— Я хочу, чтобы все, здесь находящиеся, стали свидетелями, — Рам убедился, что все смотрят, подошел к настороженно наблюдающей за ним Лари и встал перед ней на одно колено, протягивая на ладони коробочку с кольцом.
— Маравва Лари. Я понимаю, что я не подарок, но… Согласна ли ты выйти за меня замуж?
Лари замерла, шокированно глядя на генерала. Наклонилась, втянула носом воздух.
— Хм! Трезвый.
