Несколько лет назад молодая волчица Эспер оказывается одна, на чужом континенте, подавленная грузом вины и живущая лишь благодаря жажде мести. Последняя из своего клана, она неожиданно находит приют под крылом директора академии для сверхъестественных существ, простого человека… и давнего врага ее отца.
Поздняя осень. Холодный ветер с шумом трепал ветви высоких сосен в лесу, растущем вокруг бывшего поместья семьи дю Шеро. Сейчас красивое старое здание из красного кирпича служило тайной академией для обучения сверхъестественных существ. Удивительно, но директором являлся простой смертный человек.
Доктор Николас Хотман вот уже пятый год стремился удержать на плаву безумный проект, организованный когда-то предводителями вампиров, ведьм и оборотней. Много-много лет назад, еще до его рождения, лидеры конкурирующих видов, чтобы избежать полного истребления решили заключить мир, и академия «Солинари» стала экспериментом. Надо признать, что не слишком удачным, хотя она и смогла продержаться целых семьдесят лет с относительно малым количеством смертей.
В целом, если вспомнить, то за те годы, которые Николас провел в академии, на закрытой территории поместья не случилось ровным счетом ничего ужасного и непоправимого. Студенты старались соблюдать правила и избегать лишних контактов с жителями Сэнди Лэйк, городка неподалеку, пока не научатся владеть своими силами, и отлично понимали, что для каждого из них — это залог выживания.
Дни Николаса пролетали в бесконечной суете, хоть и удивительно мирно и предсказуемо. Перед сном он подумал лишь о постоянных жалобах на старые окна. Ставни жутко скрипели от порывов осеннего ветра и сильно мешали всем спать.
Сегодня не случилось никаких внезапных смертей от неверно произнесенного или незапланированного заклинания, никаких смертельных укусов и наспех организованных гипнозов, никакой извечной борьбы за право стать альфой и прочих сверхъестественных неприятностей. Даже проклятое полнолуние еще не скоро…
Николас Хотман блаженно спал, как младенец, пока тишину глубокой ночи вдруг не разорвал пронзительно громкий гудок мобильника.
— Черт! — резко вскочив с подушки, выругался Николас и потянулся к телефону, ослепительно светящемуся в темноте. — Три часа ночи! Кто такой умный?! Хотман слушает…
— Ник, ты сейчас в академии? — спросила какая-то женщина.
— Да, — рявкнул он и только потом осознал, что услышал голос своей бывшей жены, с которой не разговаривал вот уже два года. — Джессика?..
— Да. Я в Солинари, и мой приезд не связан с Кэсси. Спускайся в холл. Сейчас, — произнесла она и быстро повесила трубку.
— Какого дьявола! Что опять?.. — Николас в бешенстве вскочил с кровати, надел первые попавшиеся брюки, накинул на плечи рубашку и вышел из спальни, торопливо застегивая на ходу пуговицы, и только на лестнице понял, что забыл ботинки. — Проклятье! — вновь выругался Ник, посмотрев на кончики своих полосатых черно-белых носков, но обратно решил не возвращаться. Мало ли, что там случилось?..
Внезапно явиться поздно ночью без каких либо объяснений — в этом была вся суть Джесс.
Сделать что-то единолично, совершенно с ним не посоветовавшись, а затем поставить перед фактом — это тоже в духе Джесс.
Умолять помочь решить проблемы, произошедшие из-за нее? И… вновь непревзойденная Джессика Кэндлберн!
В прошлом — ведьма, а в настоящем — вампир, а также по совместительству мать его семилетней дочки Кэсси. А еще ходячее воплощение всех ошибок его молодости. Так порой считал Ник, который сейчас в быстром темпе шел по пустым коридорам затихшей на время сна академии. Нет, он совсем не ненавидел Джесс, но после череды предательств больше не мог заставить себя ее любить и терпеть и дальше ее выходки. Даже ради дочери…
Когда он наконец добрался до холла, то сразу увидел блондинку в элегантном тонком бордовом пальто, стоящую на свету возле широкого окна рядом с парой дорожных сумок.
— Какого черта, Джесс? — минуя вежливые приветствия, воскликнул Ник. — Три часа ночи! Я понимаю, ты вампир и спишь, когда пожелаешь, но это не означает, что остальные живут так же! Могла бы проявить хоть каплю уважения!
— Я тоже тебя рада видеть, Николас, — мило улыбнулась Джессика и, быстро шагнув к нему, кратко обняла, будто совсем не она со скандалом уехала два года назад в Италию к своему любовничку. Оборотню, стоит заметить. Впрочем, Николас уже давно потерял надежду и последние крупицы желания понять ее логику.
— Ты думаешь у меня настолько короткая память?! — вспылил он. — Что?.. Ренато бросил тебя, и теперь ты решила вновь испить моей кровушки?
— Будь добр, умерь свою паранойю, — холодно ответила Джессика, понизив голос, а затем нервно пригладила светлые волосы, уложенные в аккуратное каре. — И держи себя в руках. Мы не одни, а я приехала совершенно не поэтому, — сообщила она, а затем громко крикнула:
— Эспер, подойди к нам, пожалуйста!
Из темноты в дальнем конце холла вдруг выступила девушка, которую Ник вначале абсолютно не приметил. Вероятно из-за того, что одета она была в простое черное платье и джинсовую куртку, поэтому совершенно сливалась с контрастными ночными тенями. Высокая, рыжеволосая… Она чем-то напомнила ему давнюю знакомую ведьму из Италии. Те же высокие скулы, прямой нос и пухлые губы, только вот разрез глаз, как у…
Ник даже отшатнулся от осознания. Льдисто-синие глаза, как у его давнего врага.
