– Да. Что такое?
– Там написано, что у тебя дети есть…
Оторвала взгляд от папок. Перевела его на меня.
– Но ты не замужем.
Холодок пробежал по спине.
Что ей сказать?
Мне ведь хочется забыть прошлое…
И я не хочу, чтобы кто-то узнал, что я переспала со стариком, да ещё и залетела.
Коллегам я сказала, что забеременела по глупости. Познакомилась с парнем на вечеринке, мы встречались, потом я узнала, что беременна… Сказала ему, он сбежал, испугавшись ответственности. Особенно, когда узнал, что у меня будет двойня. Уехал за границу почти сразу же и я о нем больше ничего не слышала.
Девчонки только посочувствовали, поддержав то, какие мужики бездушные и безответственные кобелины. Мне так и не хватило смелости сказать им правду. А если скажу сейчас Ирине? Вдруг слухи нехорошие поползут.
Так не хочется на тему детей с ней общаться!
– Верно. У меня два мальчика. Их отец от них отказался и сбежал.
– Им семь? – интонация в голосе начала напрягать.
Я промолчала.
Шесть, вообще-то.
Ирина отложила в сторону бумаги, которые держала в руке, выпрямила спину. Наверно это и есть моя анкета.
– Они ведь близнецы? – тёмно-карие глаза опасно блеснули. – Мне было бы интересно на них взглянуть.
– Двойняшки, – поправила я свою новую начальницу.
Почему она так яро интересуется моими детьми?
Или мне кажется?
Вообще, женщины по своей натуре существа любопытные. Особенно, когда дело касается бывших школьных подруг.
– Как мило! – прыснула Ирина, выдавив улыбку, больше похожую на оскал.
– Я как раз хотела поговорить… Дело в том, что мне нелегко одной с ними справляться и я бы хотела попросить у тебя…
– У вас, – вдруг резким тоном поправила она меня.
От неловкости я прикусила кончик языка и почувствовала напряжение в мышцах.
– Да, прости… те. Можно ли мне иногда уходить с работы в рабочие часы? Если вдруг возникнут форс-мажорные обстоятельства. Светлана Павловна разрешала.
– Ну я не Светлана Павловна, – проговорила снисходительным, тоном, в котором также отметились нотки недовольства. – Тимур такое не одобряет. Сама видела его настрой.
– Понимаю… – опускаю глаза.
Я правда не хочу уходить из издательства.
Привыкла к работе. И к коллективу.
Раньше только посудомойкой работала, официантом, курьером.
Это был ад. Уставала как собака.
– Иди, я подумаю. Не хочу злить супруга. У Тимура Владимировича сложный характер. Не представляешь насколько. Может всё в пух и прах разнести. Люди его боятся.
Да уж.
Я это уже поняла.
Более того, испытала на себе его демонический характер.
Поворачиваюсь к Ирине спиной, направляюсь к двери.
– И всё же, пришли фото своих детишек, уж очень любопытно посмотреть! – притворно расхохоталась. – Какие это ощущения, когда у тебя растут две копии. И ты их не путаешь между собой?
– Ощущения невероятные, – сжимаю кулаки. – Не путаю. Я люблю их больше всего на свете.
Воцарилась пауза.
Ирина вскоре её нарушила, изменив тон голоса на более глубокий и холодный.
– Послушай! То, что было тогда…
– Это в прошлом.
– Это была просто сделка. Мне нужна была победа в конкурсе! Очень. Я боялась, что ты передумаешь, когда увидишь старикана, поэтому дала тебе таблетку. Во благо, пойми! Тебе же с ней легче было… Я, можно сказать, облегчила тебе задачу и оказала услугу.
Молча кусаю губы. Внутри меня просыпается ураган самых разных и даже противоречивых чувств.
– Тимур – это и есть мой жених. Тот, для которого я себя берегла. Отец устроил наш брак, и они теперь ведут вместе топовую компанию по переработке нефти.
Я постояла три секунды, стоя к ней спиной, и молча вышла из кабинета.
Воспоминания о прошлом навеяли тоску. Да, это нехорошо, что Ирина теперь моя начальница. Вообще не ожидала такого поворота от судьбы. Вот никак! Новость меня шокировала и застала врасплох.
Теперь придётся видеться с ней часто. Я ведь практически не вспоминала то, что случилось семь лет назад. Но её живой образ пробудил внутри меня ненавистные воспоминания. Открыл старые, затянувшиеся раны.
Напрягло ещё то, что она отчего-то попыталась полезть в мою жизнь, ещё и детьми интересовалась.
Зачем? Подозревает, что они от Петра Яковлевича? Желает это выяснить, чтобы меня унизить?
Не могу знать точно. Это всего лишь мои предположения. Но, если они окажутся правдой, я всё это терпеть не стану и уйду. К сожалению…
Так, надо переключиться! У меня горит задание от босса. Чуть не забыла о самом важном!
Рубашка, рубашка, рубашка.
Точно!
Повторяю как мантру, вспоминая это совершенное тело, которое до сих пор маячит перед глазами.
Бреду по коридору, прижимая к груди его рубашку… Озадаченно смотрю в пол и вспоминаю непонятное, но очень цепляющее замешательство, охватившее его суровое лицо, когда я осмелилась плеснуть в высокомерного сноба кофе.
Там будто промелькнуло неясной этиологии озарение.
В глазах искры блеснули.
И как странно вообще, что Демонович меня отпустил, а не прибил мгновенно, без единого звука и разбирательств.
Неужели поверил про мокрые полы?
Полы были абсолютно сухие, но должна же я была как-то выкрутиться?
Чтобы этот лютый, синеглазый монстр не разорвал меня в клочья.
Хорошо, что Ирина всего этого не видела…
