— Знакомы — не значит друзья, запомни, — проговорил он.
— А, — единственное, что я могла только сказать.
Так мы просидели с ним в тишине минут десять, но его это, кажется, вообще не смущало. Я же испереживалась, где Максим, обижается ли он на меня. Этот дом полон одних неприятностей.
— Ты была в библиотеке у отца Макса?
Я покачала головой.
— Хочешь, покажу?
Мысль мне очень понравилась, но это было не очень с нашей стороны идти в чужые комнаты. Увидев мое сомнение, Дима сказал:
— Все нормально, Николай Валериевич не против, он сам часто вводит туда кого-нибудь, а тут у него нашелся тот, кто разделяет его интересы.
— Я не знаю…
— Пошли, давай, не дрейфь, — он взял меня за руку и повел на второй этаж.
Там я еще не была, но могу с уверенностью сказать, что у дизайнера, если он, конечно, был, отличный вкус. Никогда еще не видела такой красивый интерьер. Мы подошли к массивной двери, и Дима ее отворил.
— Ого, — вырвалось у меня.
Тут было очень много книг. Они все стояли вдоль стены, а в середине стояли диван и пару кресел. Они, видимо, предполагались для места, где можно было бы отдохнуть с книгой.
— Тут здорово, — сказала я Диме, но того рядом не оказалось, — Ди-и-им?
Он стоял рядом с дверью и копался в своем телефоне. Услышав свое имя, он отвлекся и сказал:
— А, слушай, я щас вернусь, отец зовет. Подожди меня тут, — и скрылся за дверью.
Я даже "подожди" не успела сказать. Оставшись одна в огромной библиотеке, я оглянулась по сторонам. Книги так и манили, что я не смогла сдержаться и подойти рассмотреть. Не, ну а что, все равно я тут одна и делать мне тоже нечего…
У Николая Валериевича была в основном русская классика: Толстой, Достоевский… Интересно.
— Нравится? — раздался чей-то хриплый голос у меня за спиной.
От испуга я вскрикнула. Повернувшись лицом к источнику звука, я удивилась, передо мной стоял Максим.
— Ч-что ты тут делаешь? — пробормотала я, делая шаг назад, потому что мы стояли с Максимом слишком рядом.
— Постой, не уходи, — прошептал Максим, делая шаг ко мне.
— Максим, — я поставила руки перед собой в качестве преграды.
Когда Фролов оказывался слишком рядом со мной, мой разум начинал тормозить, да и самой мне становиться не по себе. Будто это не я.
— Господи, Кэти, я так больше не могу.
Я смотрела в пол, в угол, но только не на Максима.
— Что ты делаешь?
Тут Максим заграбастал в свои медвежьи объятия, крепко обняв меня и не выпуская. Он начал что-то бормотать, уткнувшись в мою шею. Я не очень хорошо понимала, но некие фразы доносились до меня:
— Я так больше не могу… Прости меня… Прости…Нахера приехала в Москву… Свалилась же мне на голову…
Осталбенев от такой ситуации, я не совсем понимала, что делать. А когда почувствовала дыхание Максима на своей шее, тяжело выдыхнула:
— Макс.
Максим же, услышав меня, оторвался от меня и взглянул прямо мне в глаза, прислонившись ко мне лбом.
— Кэти, — прошептал он, — прости, позволь мне…
Он не успел договорить, как я сама, внимание, сама накинулась на его столь монящие меня губы.
От неожиданности Максим оторвался от меня, читая по глазам, что со сейчас происходит. Раньше бы я извиналась, надумав себе кучу глупостей, типо "это случайно", "прости", но сейчас желание затмевало мой разум. Пользуясь растерянностью Максима, я продолжила начатое, наплевав на все правила. Максим же, не теряя времени, набросился на меня как голодный зверь на свою жертву. И ему это нравилось. Страшнее было то, что и мне это безумно нравилось… От удовольствия Максим застонал мне в губы, обхватив мою пятую точку тем самым прижимая меня ближе к себе.
Осознав всю бедственность ситуации, я отпрянула от Максима. Мы оба тяжело дышали, буравя друг друга тяжелыми взглядами. Никто из нас не хотел начинать разговор, обсуждать, что между нами произошло.
— Максим, я… — отвернувшись от него, начала первая разговор, хотя даже не предполагала о чем мне говорить.
— Не надо так.
— Что? — отвлеклась я, посмотрев ему в глаза.
— Не отворачивайся от меня, — он взял меня за подбородок, — Я идиот раз заставил тебя думать, что ты мне не интересна. Ты даже не представляешь, как сильно я хочу тебя. Помнишь, — он сглотнул, — я заставил тебя думать, что ты мне безразлична? Забудь. Это все полная херня. Я ревновал тебя к этому идиоту-официанту. Больше всего сожалею о тех словах, которые говорил тебе. А момент в ресторане, когда я запретил тебе смотреть на меня? Помнишь?
Я кивнула.
— Дело не в том, что я не хочу, чтобы ты на меня смотрела. Проблема ни как не в тебе. Проблема во мне. Ты просто не знаешь, какие чувства я испытываю, когда ты глядишь на меня своими невинными, большими глазами… — Максим горько усмехнулся, — для меня нет ничего хуже, когда ты перестала смотреть на меня, Кэти…
Я сглотнула. То, что сказал сейчас Максим, казалось шуткой. Я не верила в это. Начав отчанно мотать головой, я надеялась, что это сон, и сейчас я проснусь и все забуду.
Почувствовав теплые руки у себя на щеках, я подняа беспомощный взгляд на виновника.
— Кэти, Кэти, успокойся, — повторял он.
Я не могла согласиться.
