На левом берегу Яузы при плотине располагался суконноваятельный корпус длинной в 53 сажени. В его цехах стояли водяные и паровые двигатели.
На второй год царствования Николай Павлович посетил прославленную мануфактуру и дом ее владельца. В день визита императора Иван Петрович Кожевников нарядил фабричных в праздничные красные рубахи, окрест корпусов все вычистил до блеска, посыпал дорожки песком и вдоль них посадил березки.
Государь с интересом выслушал Кожевникова о его планах развития мануфактуры. Ему нравились смелые задумки фабриканта, замышлявшего расширить производство на вновь приобретенных землях. Но уже тогда государь журил фабриканта за его расточительность.
В годы своего расцвета усадьба Свиблово являлась увеселительной резиденцией. Кожевников со всей широтой русской натуры устраивал здесь разные забавы. В том числе и театральные представления. Для актрис и танцовщиц готовили пышные букеты цветов, по вечерам в их честь огненные фейерверки расцвечивали небо. В числе гостей были актриса Мочалова, танцовщица Медведева и чрезвычайно популярная певица цыганка Стеша. Сюда приезжали музыканты, певцы, фокусники из Европы.
Николаю Павловичу докладывали о разорительной страсти фабриканта к некой Бойковой, на которую фабрикант тратил большие деньги, говорили о тратах на праздники, но даже после всего этого новость о банкротстве стала для него неожиданностью. Он никак не мог себе представить, что понравившийся ему деловой хваткой Кожевников вдруг окажется должником.
— Может, фабрика его когда-либо поправится? — спросил император, уже понимая всю ненужность вопроса.
— В скором времени ожидать нельзя, ваше императорское величество, — продолжал стоять на своем фабрикант.
— Жаль, что так случилось, а фабрика была знаменитая. Он сам виноват, — с сожалением произнес Николай Павлович. Хотел было продолжить разговор о Кожевникове, но воздержался и сменил тему: — А ваша фабрика идет хорошо?
— Слава Богу, ваше императорское величество.
Николай Павлович спрашивал про других московских фабрикантов, интересовался, как идет их продукция, не испытывают ли они трудности. И вдруг, совершенно неожиданно, спросил:
— Были вы в технологическом институте?
— Был, ваше императорское величество.
— Это заведение в самом младенчестве.
— Впоследствии времени это заведение должно пользу при-несть, ваше императорское величество, только иностранных мастеров и механиков должно чаще переменять и выписывать через каждые три года. Известно, что в Англии и Франции успешная механика идет, нежели где-либо.
— Это правда. Москва становится мануфактурный городом, как Манчестер, и, кажется, вовсе забыли несчастный двенадцатый год.
Николай Павлович повернулся к Канкрину. Министр финансов попросил его узнать у фабриканта, как наша мануфактура намерена развивать внешнюю торговлю.
— Вам, господа, непременно должно стараться выдержать соперничество в мануфактуре с иностранцами, и чтобы сбыт был наших изделий не в одной только России, а и на прочих рынках, — исполняя просьбу Канкрина, сказал наставительно император.
— Точно стараться надо, ваше императорское величество, но еще потребно на это немного времени, ибо иностранцы столетиями нас опередили, — быстро нашелся Рыбников.
— Почему наши российские негоцианты неохотно приступают к строению кораблей и не хотят иметь обширную торговлю и сношение со всеми государствами?
— На это потребны, ваше императорское величество, большие капиталы, а у нас не у многих они есть.
— Можно бы в акциях или компаниями.
— На первый случай, ваше императорское величество, и то было бы хорошо, ежели бы от нашего купечества в иностранных торговых городах были открыты торговые дома, а тогда по времени и корабли сделались бы необходимыми.
— Это правда, — задумчиво произнес Николай Павлович, но тут же нашелся: — На первый раз начать хотя открытие домов. Вот у нас Закавказский край имеет обильнейшие всякого рода произрастания, множество различных красок и виноградов, даже можно было бы соперничать в вине с Францией, но, к сожалению, все еще молчит в забвении.
— К нам в отделение мануфактурного совета генерал Завелевский сообщал, ваше императорское величество, проект, чтобы там начать создавать компании на акциях, улучшить плантации и даже открыть складочное место, содействовать торговле с Персией, но отложено до следующего заседания, а Завелевский, кажется, действует по поручению министра графа Канкрина.
— Это весьма нужно, Егор Францевич, — повернувшись к Канкрину, начал по-русски и продолжил по-французски император.
Канкрин ответил ему по-французски, что на обедах такие вопросы не обсуждают.
— Ладно, я вам не мешаю, кушайте, — сказал недовольно Николай Павлович.106
Он снова обернулся к Рыбникову и сказал, что этот разговор они обязательно продолжат в Москве.
