- Почему? – не понял Василий.
- Потому, что для этого надо суметь удержаться на грани… Войти в «погружение», но не потерять контроль над своим разумом. Иначе сам уже не выйдешь.
- И ты…
- Ага, - кивнула Туйлиндэ. – Резкий раздражитель способен вывести из этого состояния… Хоть и не всегда.
- А если…
- Тогда превратишься в слюнявого идиота, - опять не дав ему договорить до конца, ответила квентка. – Впрочем, для нас это не так страшно… Съездишь в столицу, сделаешь «Просветление», и будет все в порядке. Правда, на месяц запретят любое применение кси-техник. У нас так все психические заболевания лечат.
- А почему раньше не говорила?!
Что бы там не говорила квентка на счет передовых эльфийских методов психиатрии, но сталкиваться с ними Василию как-то все равно не было желания. А потому перспектива лишиться рассудка его совершенно не радовала…
- Страх плохой помощник в освоении «Погружения», - пожала плечами чекистка. – Может и вовсе ничего не получиться. Впрочем, нам тут легче, чем людям… Даже если лишишься рассудка, то всегда можно сделать «Просветление». А вот у них так не получится… На них оно не работает.
- И как люди осваивают «Погружение»? – заинтересовался Василий.
- Сейчас – только по облегченной технике. А раньше, когда ее не было… Тогда около каждого ученика ставили по наставнику. С плеткой… Даже дворяне так своих детей учили. Так было и в Петербургской магической академии. Хотя сейчас, конечно, такие методы запрещены.
- Если боль выбрасывает из погружения, то как же тогда «боевой режим»? – удивился Василий.
- На самом деле чувство боли тоже можно «отключить», - улыбнулась квентка. – Но пока даже не спрашивай, как это делается! Пока не начнешь свободно входить в «Погружение» и выходить из него, я этого тебе все равно не расскажу. Чтобы случайно не активировал… Ну да ладно. Давай повторим еще. Только теперь постарайся почувствовать грань…
- И ты опять будешь меня бить?
- Конечно, - ехидно усмехнулась чекистка. – Что же с тобой еще делать?
Еще несколько раз он повторял вход в «Погружение», пытаясь понять, где же находится та самая «грань», за которую нельзя заходить, но все было тщетно. В результате он раз за раз приходил в себя от пощечины – и вскоре казалось, что у него уже все рожа распухла. Правда, тут все же Туйлиндэ несколько сжалилась и «подлечила» его. Лишь затем, чтобы продолжить упражнения! Десять раз, пятнадцать, двадцать… Но вот в какой-то момент Василий начал чувствовать, что и впрямь вот где-то тут должна быть та самая грань, хотя еще и не мг понять, как ее точно определить. Просто вот тут он еще что-то чувствовал, а вот там – уже ничего… И уже никак не мог себя контролировать. И вот из очередного «Погружения» он все же смог выйти сам – просто представил себе, что снова начинает ощущать окружающий мир – и вот перед ним уже привычная картинка окружения…
- А у тебя талант, - с интересом глядя на Василия, произнесла Туйлиндэ. – Двадцать седьмая попытка… Обычно мало кому удается самому выйти раньше сороковой. Молодец!
- И что дальше? – уже устав и желая лишь отдохнуть, спросил Василий, но чекистка не собиралась давать ему поблажек.
- Дойдем до сороковой – и пока хватит, - пожала она плечами.
И вот еще тринадцать попыток, во время которых Василий вновь и вновь пытается почувствовать ту самую грань и не перейти ее… Но как итог – лишь еще два успешных самостоятельных «выхода». Однако Туйлиндэ выглядела явно довольной – как она призналась, она надеялась максимум на еще одну успешную попытку. А тут целых две.
- Обычно полный контроль над переходом к состоянию «Погружения» и возвращением из него достигается примерно за четыре сотни попыток, - заметила она. – Это не меньше недели… Чаще – две. Но сейчас, я думаю, все получится куда быстрее.
- А что дальше? – поинтересовался Василий.
- А дальше – селективный режим… Когда учатся подключать те органы чувств, что нужны для работы, и фильтровать поступающую информацию, отсеивая то, что не нужно для работы. И если погружению в школах еще учат, месяца за два три, то селекция… Только самые основы.
- А «боевой режим»? – заинтересовался Василий.
- Так это и есть один из таких «селективных». Пожалуй, лучше всего отработанный… В школах будут учить первому уровню, но это ерунда полная. В секциях по самообороне учат второму, но и от него толку немного. Так что я научу тебя сразу третьему… Это максимум того, что разрешено без специального допуска.
- А у тебя какой? – неожиданно даже для себя самого поинтересовался Василий.
- Шестой специальный. Но даже не спрашивай, что это такое…
- А максимальный какой?
- Десятый особый. Но тут даже я не представляю, что это такое, - улыбнулась чекистка.