В любом руководстве для охотников должно быть первым пунктом записано: «Никогда не спи с тем, кого собираешься убить». Но, видимо, составители решили, что это и так очевидно — называется здравый смысл. Которого, как выясняется, мне явно не досталось. Ну и ещё штука под названием «верность своей семье», которую я никогда не считал способной пошатнуться.
Подождите… А если её жидкости ядовиты? Ведь я только что сунул своего лучшего солдата в место, откуда мертвецы поднимаются на этот свет. А вдруг он теперь сгниёт и отвалится, как гнилая сосиска?
Охренеть…
Я мчусь к своему Jeepito, как будто на пятки мне наступает сам Сатана. Открываю дверь, чтобы посадить Постре на переднее сиденье, запрыгиваю в машину и сразу стаскиваю джинсы.
Из соседнего магазина выходит старушка, медленно опираясь на трость, но, судя по её взгляду, зрение у неё отлично. Она бросает на меня такой осуждающий взгляд, будто я только что нарушил какой-то вселенский моральный закон.
Ладно, ну правда, мне не до вас, бабушка.
Я не обращаю на неё внимания и внимательно осматриваю то, что у меня в руках. Герой дня выглядит измученным, но в целом в порядке. Никаких признаков разложения. Вроде.
— Не умирай, пожалуйста. — Я почти шёпотом обращаюсь к нему, нежно проводя большим пальцем по головке. — Ты мне как брат.
Ещё раз ощупываю его, и, не найдя ничего подозрительного, с облегчением выдыхаю.
— Клянусь, я буду ценить тебя больше. Больше никаких «пещер смерти».
Целую пальцы и аккуратно прикладываю их ко лбу своего выжившего. Поцелуй воскресения.
Справившись с первым шоком, я отправляю сообщение семье, что всё в порядке — если, конечно, мой герой не начнёт разваливаться в ближайшие 24 часа. Затем направляюсь в приют для животных. Записываюсь на утреннюю смену, и меня вводят в курс дела. Как всегда, я влюбляюсь в каждого пса, которого вижу, в душе проклинаю тех ублюдков, которые довели их до такого состояния, и только терпимо отношусь к кошкам.
Среди волонтёров я встречаю ту самую барменшу, которая, к счастью, не в курсе, как бурно прошла моя ночь. Она напоминает, что я всё ещё обязан ей танец. Я улыбаюсь, делая вид, будто её имя никуда не улетучивалось из моей памяти, и она улыбается в ответ. Общение с ней и возня с животными помогают отвлечься. Я возвращаюсь домой спустя пару часов в прекрасном настроении.
И да, я прекрасно понимаю, что отчасти это потому, что накануне у меня был отличный секс. Пока чувство вины не овладело мной полностью, я позволяю себе наслаждаться этим приятным ощущением.
Но всё меняется, как только я вижу их лица. Мою семью.
Доме удалось взломать базу данных полиции. Они нашли тело подростка в лесу. Девушка. Убита той же ночью, когда мы позволили сбежать вампирше.
Точнее, когда я позволил ей сбежать.
«Я хочу пить…»
Чувство вины обрушивается на меня, как тяжёлый железный плащ. Холодный, давящий. Я задыхаюсь.
А потом меня начинает тошнить. Потому что я трахался с ней, пока горячая кровь этой девочки ещё бежала по её венам. И я ничего не сделал. Ничего. Только выдал пару пустых угроз.
Это был её жар, который я чувствовал под кожей?
Конечно. Конечно, именно так она нагревает эту оболочку, этот лживый обман, который сбивает меня с толку.
А затем приходит злость. И я клянусь себе: я убью её.
Глава 18. Убей или умри
Подростки — это ходячая катастрофа. И если это говорю я, то вы понимаете, насколько всё плохо. Они настолько глупы, что удивительно, как человечество до сих пор не вымерло, не успев дорасти до совершеннолетия.
Доме занялся тем, что подписался на всех жителей нашего города в соцсетях, а заодно следит за официальными аккаунтами местных организаций и СМИ. Информация о найденном теле пока не просочилась в прессу, поэтому девочки из Мэйтауна только знают, что их подруга — имя которой я, конечно, забыл — не выходит на связь уже два дня. Но так как они считают себя взрослыми, ведь им целых пятнадцать-шестнадцать лет, то решили, что лучшим решением будет отправиться искать её в лесу.
Организовались они через Инстаграм, используя убогий хэштег. И под «организовались» я подразумеваю, что просто подбадривали друг друга, не имея ни плана, ни малейшего понимания, что делать. Единственное, что они смогли решить — это время встречи для ночного похода в чащу.
Они живут в месте, буквально притягивающем монстров, но умнее от этого не становятся. Хотя могли бы быть хотя бы трусливее. Но ладно, кто я такой, чтобы читать лекции о благоразумии?
Думаю, они просто не осознают. Для них это игра. Вечер развлечений, возможность попугать друг друга, доказать свою смелость.
И тем временем они облегчают её задачу.
Потому что кто-то снова пропадёт. Она вонзит свои клыки в шею, прикрепится, как паразит, и будет пить, пока от жертвы не останется ничего. А потом бросит её. Без сожалений, без оглядки. Перейдёт к следующему. Потому что так поступают монстры. А я занимаюсь тем, что их убиваю.
Они собираются на закате. Приветствуют друг друга, смеются, хоть и нервно. Конечно, кто-то притащил выпивку, ведь повод не так уж и важен. После этого они уходят в лес.