На ней свободная тёмно-синяя юбка в мелкие белые цветы и топ без бретелек того же оттенка. За её спиной последние лучи заката очерчивают ровные линии плеч, слегка прикрытые джинсовой курткой, накинутой поверх. Тени ложатся на ключицы, а свет переливается медным оттенком в её чёрных волосах, собранных в небрежный низкий пучок. Она выглядит как сладкий десерт из взбитых сливок и шоколада.
И я хочу съесть его целиком.
Игнорируя свою открытую книгу, она тоже смотрит на меня. Это та самая пижонка с пешеходного перехода, прокурорша, которой я явно не нравлюсь. Потому что она без ума от меня, и её это бесит. Сжатые губы и вызывающий взгляд всё говорят. Я ей не по душе.
А нет ничего более увлекательного, чем вызов.
До того момента, конечно, пока он не перестаёт быть таковым. Но об этом мы пока не будем ей говорить. Всё равно в конце концов любой вызов становится скучным, а я… что ж, я охотник.
Мама тоже была такой до встречи с папой. Иногда, когда я был моложе и наивнее, я задавался вопросом: кто будет моим Фрэнком? Тот человек, чьё имя я набью на своей коже, кого выберу среди всех остальных. На всю жизнь. Сейчас я понял, что не все мы рождаемся с одинаковой судьбой. Но есть такие, кому суждено оставаться необузданным.
Чтобы скакать бездумно и счастливо. Поэтому я перепрыгиваю через ограду кладбища и бегу вверх по холму, пока не оказываюсь прямо перед пижонкой. Задрав волосы назад, я делаю паузу, чтобы перевести дух, и самодовольно ей улыбаюсь.
— Ты меня преследуешь?
Она бросает на меня взгляд с головы до ног, притворяясь равнодушной. Ха! Ну уж нет, она определённо наслаждается этим моментом. И как ей не наслаждаться, ведь наблюдать за мной — истинное удовольствие для всех чувств. И совершенно бесплатно.
— Тяжело дышу не я, — замечает она. — И не я сюда переехала, чуть не сбила кого-то, вломилась в кабинет и теперь нарушаю мой личный уголок для чтения.
— О, значит, ты ведёшь подробный список всех раз, когда меня видела? Ты тоже записываешь его в дневничок? Розовым, с сердечками?
— Скорее чёрным, на кукле вуду.
— Да ладно, девушки вроде тебя боятся таких штук, — отмахиваюсь я, как будто это совершенно абсурдно.
— Девушки вроде меня? — Она прищуривается.
— Нежные и манерные.
— Вот как?
— Ага, — подражаю её тону.
Она указывает подбородком в сторону моей семьи.
— Что, осваиваетесь в новом районе?
Мои родные сгрудились, о чём-то переговариваясь, пока Постре принюхивается неподалёку. Они смотрят на нас без стеснения, чем изрядно портят мне настроение. Девушка отвечает им серьезным взглядом, после чего с силой захлопывает книгу, надевает сандалии, которые сняла, чтобы босыми ногами почувствовать траву, и встаёт.
— Нашли, что искали?
— Возможно, я искал тебя.
Она смотрит на меня так, словно я только что бросил ей вызов на смертельный бой.
Глава 9. Сон теней и луны
В итоге мы так и не нашли никаких следов. Когда ночь опускается на землю, наши родители отправляются на обход деревни, чтобы засечь всё подозрительное. Мы обычно чередуем пары, и сегодня их очередь.
Но я — ночной охотник, и мой организм отказывается ложиться спать так рано. Я надеваю свой «униформу»: лёгкую и удобную чёрную одежду с усилениями на ключевых местах, таких как суставы и грудь, ботинки и базовое вооружение.
— Иду бегать с Постре, — сообщаю Дому, который, о сюрприз, сидит за своим компьютером. Зовите меня сумасшедшим, но мне кажется, он даже не ищет порнуху. Да, я тоже этого не понимаю.
Он поднимает взгляд от экрана, чтобы критически меня оценить.
— Осторожнее, ладно? Мы всё ещё не знаем этот район.
— Расслабься, я далеко не уйду. И я с Постре.
— Ты в курсе, если что…
Я дважды стучу по пейджеру, прикреплённому к поясу, и мы оба киваем.
Нам предоставили дом на окраине, в восьми минутах езды от деревни, недалеко от леса, который обрамляет реку. Я и моя малышка трусцой пробегаем сквозь деревья, пока туман медленно поднимается, словно пытаясь скрыть луну. Я признаю ту магию, которую надо мной имеет ночь; мы созданы друг для друга. Она течёт в моих венах. Мой выдох сливается с прохладным ветром, мои глаза находят красоту в бликах и тенях, а сердце бьётся в ритме с хрустом листьев под ногами и звуками ночных животных. Это моя колыбельная.
Тётя Розита говорит, что мир построен на равновесии: каждый свет отбрасывает тень такой же силы.
Мы с ней часто проводили время за длинными партиями в мус. Когда я был ребёнком, у меня была наивная уверенность, что если я сыграю достаточно много, то однажды смогу её обыграть. Спойлер: я проиграл целое состояние и упертую гордость Тельца.
С сомнительной щедростью по отношению к мальчику, которого она оставляла без гроша с завидной беспощадностью, но который всё же был её кровью, она щедро делилась со мной философскими перлами, особенно когда её глаза начинали блестеть от самогона, который она пила с точностью снайпера.