Господин Таги встал. Большим пальцем он отмерил один суставчик указательного пальца и сказал словно себе самому:
– Вот такой размерчик! Вот такая малость! Но тут вся честь! Во имя Али, я от него отказываюсь, я его знать не хочу!..
Дед приехал в кофейню, чтобы поговорить с господином Таги насчет домашней учительницы. Из-за боли в пояснице шофер подложил подушки ему на заднее сиденье. Но, когда «Додж» Фаттаха подъезжал к дверям кофейни, они увидели удаляющийся желтый «Воксхолл» Таги. Дед удивился: «Час не поздний еще, куда такая спешка?» Он немного подумал. Кроме Таги, у него дел в кофейне не было, с Фахр аль-Таджаром видеться не хотелось. И он велел шоферу возвращаться домой…
Когда стемнело, под круглым куполом рынка возле тележки торговца свеклой собралось несколько человек. Решетчатый фонарь торговца освещал их лица, но они как бы прятались в этом конусе неяркого света. Муса-мясник подтачивал о брусочек свой длинный нож и выглядел мрачнее тучи. Мешхеди Рахман то и дело вставал и отходил ко входу на рынок, а возвращаясь, ворчал: «Никого нет…» Рабочий-курд помогал торговцу чистить свеклу, а Карим доедал уже невесть какую порцию.
– Не лезет уже… – притворно бормотал он. – Где этот чертов стражник…
– Терпение! – отвечал рабочий-курд.
Немат – наездник быков, опираясь на свою лопату, заметил Кариму:
– А тебе что? Кушай себе…
Хасан Джаханнами не раз уже повторил торговцу:
– Слушай, друг, огня прибавь, а? Совсем потух у тебя, ведь холодно…
Он доставал куски свеклы из кипящего котла, под которым бойко горел огонь, и, не остужая, отправлял их в рот. И торговец свеклой с удивлением смотрел на него, ведь ему было горячо даже щипцами доставать эту свеклу! А тот все свое:
– Прибавь огня, замерзаю…
Все нервничали, включая Али, который говорил:
– Простите меня, господин Муса! Моя, наверное, ошибка… Но не могу понять, почему он не идет. Клянусь вам, что каждый день он в это время возвращался…
Муса-мясник поправил закатанные рукава:
– Нет, твоей ошибки тут нет… Я тоже замечал, что подлец обычно в это самое время появлялся… Но куда он сегодня?..
Мешхеди Рахман опять сходил ко входу на рынок, вернулся:
– Никого нет…
Теперь Немат – наездник быков вместо курда сказал:
– Терпение!
Муса, рассматривая свою татуировку на руке, изображающую Рустама, заметил:
– Вот, дело нашел себе: вместо курдов говорить… А лопата зачем тебе? – спросил он Немата. – Копать собрался?
Тот примирительно рассмеялся:
– Нет, господин Муса, она мне просто привычна, как тебе твой нож… На все случаи, так сказать…
– Он прав, господин Муса, – с полным ртом подтвердил Карим. – Он за кончик держит лопату, полную раствора или глины, он же Немат – наездник…
– И кирпичи грузить он мастер… – произнес Хасан Джаханнами.
Мешхеди Рахман как раз разглядывал кирпичную кладку рыночной стены. Потом сказал, повернувшись к Али:
– Абдель-Фазула не хватает. Ах, Абдель-Фазул, помилуй Аллах! Какой экономный был… Вот маленький хозяин! Был бы он здесь, он бы шаги услышал издали, определил бы, где этот…
Али все больше тревожился. Он взял на себя обязанность определить место и время и потому переживал. Теперь он встал, глядя на собравшихся: каждый из них каким-то делом пытался скрыть напряжение. Али пошел ко входу на рынок: почти все лавки уже были закрыты, и вдруг он услышал лязг в одном закутке. Заглянул осторожно. В темноте возле лестницы кто-то сидел на корточках. Незнакомец тоже услышал Али, и звук железа прекратился. Потом полная фигура поднялась и быстро приблизилась к Али: бежать было поздно…
– Мальчик! Ты что здесь?
Человек схватил Али и зажал ему рот, но вгляделся в него и вдруг рассмеялся:
– Ай, неожиданность… Вот не чаял Фаттахова отпрыска увидеть… А ты что тут делаешь так поздно?
И Али узнал его:
– Господин Таги! Это вы? Да я ничего… Так, гуляю просто… Клянусь вам, мы ничего… Просто сидели там…
Господин Таги погладил Али по голове:
– А что же ты тогда испугался? Я ведь не обвиняю тебя ни в чем. Хотя, сдается мне, уж не ждете ли вы кого-то?
– Нет! Что вы…
Господин Таги рассмеялся. Положив одну руку поверх своего выпуклого живота, неторопливо прошелся взад-вперед между павильонами рынка. Только в третьей от них секции горела лампочка, а здесь было темно. И вдали клубился освещаемый лампой пар от свеклы.
– Откуда это сборище тут? – указал на них Таги. – Свеклы вдруг захотелось? А моего водителя нет среди них?
– Нет, – ответил Али.
– Так что, они того же типа поджидают? – спросил господин Таги в упор…
У Али брови прыгнули вверх, а сердце ушло в пятки: ему показалось, что господин Таги все знает.
– Нет-нет… Свеклу едят… Никого не ждут… Какое им дело до начальника Эззати?
Господин Таги опять рассмеялся и поцеловал Али в лоб:
– Ну вот ты и проболтался в конце концов… Да я и так знал… Фаттаховы отпрыски, у них ведь душа воробьиная, ничего в ней не держится…
