Я покачала головой и обрадовалась новым покупателям, благодаря которым внимание матери покинуло меня. Больше мы об этом не заговаривали. День медленно двигался к вечеру. А я каждую свободную минутку смотрела на дисплей своего смартфона, надеясь увидеть сообщение от Маркуса. Но на меня грустно и сиротливо смотрел пустой экран. Мы не виделись почти два дня, и это была самая долгая разлука. В последнее время отец Маркуса всё больше втягивал сына в семейный бизнес. Алистер Белл мечтал заняться виноделием и сейчас активно изучал эту нишу. Но нельзя было выпускать из рук и фирму, занимающуюся кленовым сиропом. Так что Маркус готовился перенять бразды правления от отца. И мне всё чаще начинало казаться, что мечта Маркуса стать биологом, путешествующим по джунглям, так и останется мечтой. Я не думала, что он решится отказать отцу и укатить туда, куда ему захочется. У него не было такой свободы, какой обладал Зак, являясь внебрачным сыном. Если Маркус был наследным принцем, претендующий на корону, то Заккари являлся бастардом, любимым, но всё равно не годящимся на роль главы семейства Беллов.
— Он обязательно позвонит, не надо так сверлить взглядом свой телефон, — мама положила свою ладонь на моё плечо и тепло улыбнулась. Солнце уже катилось к горизонту. Музыка на площади звучала громче. Крики и пьяный смех раздавался всё чаще. Люди танцевали, обнимались, выкрикивали строчки гимна и каких-то песен в честь королевы. Национальные флаги были везде, где можно. У некоторых виднелись нагрудные значки с изображением Елизаветы II в профиль. У других же миниатюрные копии флага были нарисованы на щеках.
К вечеру стало прохладней, но никого это не волновало. Всем было жарко от танцев, алкоголя и адреналина. А вот мне было холодно. Я пожалела, что оставила куртку дома. Невольно поёжившись от лёгкого порыва ветра, и потёрла руки. Одно радовало, что этот долгий день подходил к концу. Я помогала маме собрать оставшиеся вещи, которые так никто и не купил. Их было не так много, так что нам удалось упаковать их в две коробки. Недалеко от рыночной площади мы оставили наш старенький и потрепанный лендровер. Родители купили его ещё до моего рождения. Но в целом он выглядел как новенький, потому что большую часть времени пылился в гараже.
Мы сложили коробки в багажник и сели в машину. В тёплом салоне автомобиля я блаженно откинулась на мягкое сидение. Наконец-то можно было согреться. Мама уверенно вела машину по узким улицам города, медленно продвигаясь к нашему дому. А когда мы стали подъезжать к нашей семейной усадьбе, как любил называть её папа, то я увидела чёрный мерседес. В окружении старых домов с облупившейся каменной кладкой, этот блестящий чёрный автомобиль напоминал космический корабль, выделяясь ярким пятном.
— Ну, иди уже к своему принцу, — сказала мама, кивая в сторону автомобиля. — Я сама разберусь с коробками. Беги, ты ждала его целый день. А мы с папой вдвоём посмотрим фейерверк.
— Спасибо, — я потянулась к матери и поцеловала её в тёплую щёку. После чего выпрыгнула из машины. Маркус вышел из автомобиля. Гладковыбритый, волосы зачесанные назад, воротничок белой рубашки высовывался из-под коричневого свитера, тёмные джинсы прямые и словно только что выглаженные и начищенные ботинки: всё это делало его гораздо старше, чем он есть на самом деле. Он выглядел солидно и по-деловому. Несмотря на свитер. Совсем не похожий на выпускника школы и я даже не сразу его узнала. Но стоило нам поравняться и увидеть его улыбку, как все сомнения отпали. Передо мной был мой Маркус. Без предисловий он притянул меня в свои объятия, согревая своим теплом и окутывая приятным ароматом парфюма. Тёплые губы вкуса крепкого кофе, целовали меня с настойчивостью и жаром. Отчего я готова была забыть обо всём на свете. Но лёгкое покашливание вернуло меня с небес на землю.
— Добрый вечер, миссис Морриган, — Маркус обнял меня за талию, глядя на мою мать, которая широко улыбалась, видя, как он сконфужен. Мы никогда не переходили грань в присутствии моих родителей. Самое большое, что видели мои родители это лёгкий поцелуй в щёку при встрече. А сейчас мы оба немного увлеклись и щёки мои пылали. — Вам помочь?
Мама несла в руках сразу две коробки, но отрицательно покачала головой, не прекращая улыбаться.
— Я справлюсь, Маркус, спасибо, — она кивнула нам и лёгкой походкой поплыла к дому по заросшей каменной дорожке.
— Мне тебя не хватало, — Маркус кончиками пальцев коснулся моего подбородка, приподнимая моё лицо и заглядывая в глаза. Моё сердце трепетало в груди, отзываясь на близкое присутствие Маркуса. — Я приехал сразу же, как только вернулся в город. Даже домой ещё не заезжал.
— А я весь день думала, что ты мне позвонишь, телефон из рук не выпускала.
Я прижалась к нему, уткнувшись в ложбинку под подбородком, вдохнув знакомый, любимый запах. Вокруг стояла тишина, и лишь редкое стрекотание цикад и отдалённые отголоски праздника нарушали эту идиллию.
