Упоминание Маркуса словно ударило Зака по щеке. Он нахмурился и кивнул, в его глазах промелькнуло то ли сожаление, то ли боль… Я снова почувствовала себя стервой, но ничего не могла поделать. Если бы я осталась тут хоть на секунду, то могла наделать глупостей. Я чувствовала это слишком отчётливо. Развернувшись на каблуках, я поспешила покинуть оранжерею. По пути я достала влажные салфетки из сумочки и зеркальце. Приведя себя в порядок, я вернулась на праздник.
Все казались ещё более пьяными, чем были до того, как я ушла. Никто и не заметил моего отсутствия. Да и когда я вернулась, никто не посмотрел в мою сторону, продолжая вести свои светские разговоры, хвастаясь огромными счетами в банке. Я зашла в дом, надеясь отыскать Маркуса там. Мне нужно было его увидеть, иначе я могла взорваться. Во мне бурлили эмоции и не самые хорошие. Я никогда не чувствовала себя такой разбитой. Казалось, что я сбилась с пути и потеряла нужную мне дорогу. Мне нужно было обрести свой якорь. Рядом с Маркусом мне всегда было спокойно, ему удавалось заставить меня забыть обо всём. Но сейчас его как назло нигде не было. Я поднялась по широкой лестнице на второй этаж и свернула налево, там находился кабинет его отца. Возможно, они всё ещё разговаривали. Но подойдя к кабинету и открыв тяжёлую деревянную дверь, я поняла, что там никого нет. Я начинала терять терпение. Чувствовала себя каким-то брошенным котёнком. И непрошеные слёзы снова встали комом в горле. Я подняла глаза и глубоко вздохнула. Нужно было взять себя в руки.
— Делия?! Что ты здесь делаешь? — холодный строгий голос заставил меня вздрогнуть. Я посмотрела на мать Маркуса и чуть не рассмеялась. Чёрт, что за насмешка судьбы. Сейчас я совсем не хотела видеть Монику с её этой идеальной внешностью и насмешливым взглядом. Чёрное платье обтягивало её слишком сильно, и пока она грациозно шла по коридору, цокая своими шпильками, платье повторяло каждое её движение.
— Я искала Маркуса, — наконец совладав с дрожью во всём теле, ответила я.
— Он наверняка в саду, развлекает гостей. Всё же это его обязанность, как хозяина дома.
Мне хотелось сказать, что это вовсе обязанность Маркуса, а его отца. Но я промолчала. Моника терпеть не могла своего мужа. Это знал каждый. Алистер изменял жене, да ещё и привёл в дом внебрачного сына. Это кого хочешь, взбесит. А тем более такую женщину, как Моника. Поступок мужа унизил её перед всем городом, и она не могла ему этого простить. Но всё же она отлично играла роль заботливой жены при гостях. Их брак строился далеко не на любви. Это было деловое соглашение. Что Алистер, что Моника были выходцами из богатых семей. А брак помогал удвоить их состояние. Единственный человек, которого Моника любила, был Маркус. И она старалась окружить его заботой, помогала подняться на ноги и больше, чем Алистер желала, чтобы её сын встал во главе семейной империи. Особенно теперь, когда Алистеру пришла в голову идея о винограднике.
— Тогда я пойду и поищу его там, — я попыталась обойти её, но она вовремя схватила меня за запястье. Прикосновение её холодной худощавой ладони к моей руке заставило меня вздрогнуть. Перед глазами снова встала самодовольная физиономия Люка, и я постаралась скорей прогнать это видение.
— Я не желаю тебе зла, Делия, — на удивление мягким тоном произнесла Моника, — но мне бы хотелось, чтобы ты попытала своё счастье где-нибудь в другом месте. Подальше от моего сына.
— Это не вам решать, — огрызнулась я, выдёргивая свою руку из её цепких пальцев. Моника тяжело вздохнула, выглядела она уставшей. И впервые за всеми её масками я увидела настоящую Монику. В уголках глаз залегли еле заметные морщинки, уголки губ опустились вниз, словно у грустного клоуна, а в глубине глаз таилась какая-то тревога.
— И всё же я надеюсь на твоё благоразумие, — холодно ответила женщина, снова возвращая на лицо стервозную маску.
Я отвернулась от неё и поспешила покинуть особняк. Маркуса я нашла в саду в копании нескольких мужчин в элегантных костюмах, сшитых на заказ. Увидев меня, он растянул губы в улыбке и тут же привлёк меня к себе, легонько поцеловав в щёку.
— Господа, представляю вам свою девушку, Делию Морриган, — весёлым, игривым тоном произнёс он, обняв меня за талию.
— Вы потрясающе выглядите.
— Маркус, а ты везунчик.
Комплименты посыпались на меня со всех сторон. Я вымученно улыбалась, отчаянно мечтая покинуть эту вечеринку. Не хотелось находиться здесь дольше пяти минут. Этот дом уже достаточно испортил мне жизнь. Этот мир, изъеденный фальшью мне не принадлежал. И в этот момент я как никогда была этому рада.
— Может уйдём отсюда? — шепнула я Маркусу, когда мы отошли от гостей.
— Ты устала?
— Да, хочу куда-нибудь уйти, где тихо и спокойно.
