— А как же Маркус? Он ведь любит тебя. И твой отец, он хороший человек.
— Маркус лишь жалеет меня, как ребёнок, подобравший на улице полуживого котёнка и выходивший его. Может он и думает, что любит меня. Но для меня он мой брат лишь по крови, да и это почти не считается. А отец… Да, он хороший человек в какой-то степени. Но хороший ли он отец? Вот это уже другой вопрос.
Зак замолк и дальше мы пошли в полной тишине. Я обдумывала его слова, а он наверняка снова вспоминал свою нелёгкую жизнь. Да он рос в обеспеченной семье. Он никогда не нуждался в деньгах, Алистер всегда снабжал сыновей приличными суммами. У каждого из них был огромный счёт в банке. Но разве можно купить за деньги счастье, или любовь, даже простое уважение? Нет, настоящие чувства не купишь ни за какую валюту.
— Я вовсе не хотел тебе жаловаться. Не пойми меня неправильно. Просто я ответил на твой вопрос. Я не хочу, чтобы меня жалели, тем более ты.
— Ну конечно, это наверняка повредит твоему образу плохого парня. Неужели девушки всё ещё на это ведутся? — я попыталась перевести наш разговор, потому что от напряжения, внезапно возникшего над нами у меня начало сводить зубы.
— Конечно, все без ума от плохишей. Так что мне нужно держать марку, — он провёл рукой по волосам с таким наигранно самодовольным лицом, что я не смогла сдержать приступ смеха. Спустя мгновение Заккари тоже рассмеялся. Остальной путь мы проделали в уютной тишине. Моросящий дождь закончился, и небо снова озарилось солнечными лучами. Мы сделали круг по парку, и вышли к реке. Лёгкое облако тумана парило над серебристой водной гладью. Течение здесь было спокойное и ровное. Около противоположного берега плавали три утки, время от времени ныряя под воду и возвращаясь с мелкой рыбёшкой.
— Знаешь, мы ведь можем находиться рядом друг с другом и не ссориться, ты заметила? — игриво улыбаясь, обратился ко мне Зак. Тут у спуска к реке были расположены ступеньки, изрядно заросшие и местами раскрошившиеся от старости и мы сели на самую верхнюю из них.
— Да, для этого просто нужно держать язык за зубами. Когда ты молчишь, ты не кажешься таким отъявленным засранцем.
— То же самое могу сказать и о тебе, — кивнул Зак, широко улыбаясь, за что и получил от меня локтём в плечо. — Ладно, шучу.
Снова воцарилось молчание. Я всё ещё чувствовала небольшую неловкость в компании Зака, но уже не тряслась от ужаса, как раньше. Мимо нас медленно проплыл старичок на деревянной лодке с набором удочек всех мастей. Чем напугал троицу уток, и они как по сигналу рванули с места и упорхнули, оставив круги на воде.
— Мне пора, мама будет волноваться, — сказала я, поднимаясь на ноги и отряхивая штаны от мелких песчинок.
— Конечно, — Зак кивнул и тоже встал, он был выше меня на целую голову, но сейчас стоял на ступеньку ниже и наши лица находились на одном уровне. Его пристальный взгляд изумрудных глаз проникал в самую душу. Я опустила голову, чувствуя себя при этом как-то странно. По коже пробежали мурашки, и я убрала руки в карманы толстовки. Я не знала, что сказать и Зак тоже не пытался разрядить обстановку. Мы просто стояли в утренней тишине. Зак смотрел на меня, я чувствовала это, но не поднимала голову, вместо этого я усердно разглядывала свои ноги и ковыряла носком кроссовка землю, пиная мелкие камушки.
— Тебя проводить? — спросил Зак, чем привлёк моё внимание. Я подняла голову и встретилась с его кривой ухмылкой. Я заметила, что у него такая манера улыбаться. Если Маркус улыбается, то в этом действии участвует все лицевые мышцы. А у Зака получается такая ленивая улыбка. Правый уголок рта приподнимается, словно нехотя.
— Думаешь, я не дойду сама?
— Боюсь, как бы ты по пути не встретила очередного бегуна и не сломала ему нос, — отшутился он, и я сделала обиженное лицо.
— Ты мне теперь это будешь каждый раз напоминать?
— Конечно, ты посмотри на мой больной нос. Ещё немного и ты могла бы его сломать, — он наклонился вперёд, собираясь поближе показать свой пострадавший нос. Говорил он наигранным голосом, словно обиженный маленький мальчик. И я не могла смотреть на него без улыбки.
— Ладно, жертва уличного насилия. Если хочешь, подай на меня жалобу моему адвокату. А мне и правда пора, — я помахала ему рукой и пошла вдоль берега в сторону дома. Но Зак не собирался прощаться вот так. Я снова услышала торопливые шаги за спиной. А вскоре он уже поравнялся со мной.
— Знаешь, что за преследование могут посадить в тюрьму? — спросила я, поворачиваясь к нему лицом. Он невинно пожал плечами, мол, ничего не знаю, и продолжил идти рядом.
