1. Марию (1798–1835), вышедшую за князя Гагарина и родившую двух дочерей и двух сыновей: Марию(1820–1837), Леониллу (Леониду) (1822–1887), Николая (1823–1902) и Льва (1828–1868).
Леонилла вышла за родного праправнука знаменитейшего «выскочки» Меншикова — светлейшего князя Владимира Александровича Меншикова (1816–1893). К сожалению, трое их детей умерли во младенчестве, не прожив и года: Николай (1843–1843), Мария (1844–1845), Александр (1847–1848). Прямая мужская линия потомков Александра Даниловича Меншикова пресеклась. Николай женился на графине Гурьевой и породил двух дочерей: Софию и Марию, ставших женами высопоставленных царедворцев. София вышла замуж за министра иностранных дел М.Н. Муравьева (1845–1900), а Мария — за знаменитого «белого генерала» Скобелева, завоевателя Средней Азии и победителя турок в войне 1877–1878 годов. Сведений о потомстве Муравьева не имеется, а брак Скобелева продлился всего лишь около двух лет (1874–1876) и закончился разводом. Лев был женат на балерине Прихуновой и имел единственного сына Владимира. Отец и сын погибли в 1868, мать погибла тоже.
2. Алексея (1800–1868), мужа фрейлины Софьи Самойловой, родившей троих сыновей: Александра (1823–1903), Владимира (1824–1898) и Льва(1831–1915).
Эти правнуки Екатерины II имели многочисленное мужское и женское потомство.
3. Павла (1801–1830), оставившего после себя 2 сыновей и 3 дочерей.
4. Василия (1804–1874). Был трижды женат и оставил дочь Софью (1837–1891) и сына Алексея (1831–1888). Алексей был дважды женат и оставил четверых детей, которые в дальнейшем также продолжили род Бобринских.
Так что сын Екатерины и Орлова оказался родоначальником очень большой и многопоколенной семьи. Также императрице приписывают дочь Елизавету Темкину (1775–1854), рожденную ею якобы от Потемкина и воспитывавшейся у него.
Однако почтенный возраст Екатерины на момент родов, равнодушное отношение ее и Потемкина к девочке, а также отсутствие свидетельств и документов делают эту версию несостоятельной. Скорее всего, это дочь Потемкина от какой-то молодой любовницы. Елизавета вышла замуж за греческого дворянина Ивана Христофоровича Калагеорги (1766–1841) и родила ему 10 детей.
Отдельные историки утверждают, что именно Екатерина II поддерживала Ломоносова более всех и не давала разбушеваться такому монстру, как Шлёцер. Более того, она основала в противовес Петербургской академии наук (в которой сплошь засели немые к русской истории немцы) Российскую академию во главе со своей тёзкой Екатериной Дашковой. Но это маловероятно, ведь в Академии наук, где засели немые к русской истории немцы, именно она их приглашала и возвеличивала. Эта версия скорее притянута за уши самими немцами, то есть Западом. Достаточно вспомнить, к моменту воцарения на престол Петра III, закончилась семилетняя война с Пруссией, то есть Пруссия была враг. Однако это не мешало немцам, таким как Шлёцер и Миллер править всей академией и переписывать историю Руси.
Екатерина II, безусловно, была одарённым человеком во всём. Она даже писала пьесы, и, кстати, неплохие. У неё был весьма изящный литературный стиль. А норманофилы её так, судя по всему, достали, что она даже написала пьесу под названием: «Историческое представление из жизни Рюрика»! Конечно, она понимала, что её взгляд императрицы признают все. Эх, последовали бы её примеру сегодня власти России. Но сегодняшняя власть всего боится, а Екатерина II не боялась. Правда, понимала, что стоит лишь смениться власти, её труды могут забыть и переврать. И в своей статье об этом предупреждала. А власть сменилась сразу. Павел I, её сын, постарался сделать всё, чтобы в России перестали поклоняться его матери.
Ходили слухи, что Екатерина II хочет возвести на трон не сына, а внука Александра, которого очень любила, лично воспитывала и обучала. Но не успела. Сын Павел I тут же поменял политику матери. Он искренне считал, что русские сами ни на что не способны. Им нужны менеджеры-немцы. Достаточно привести его слова о Ломоносове: «Что о дураке жалеть, казну только разорял и ничего не сделал…» В России и сейчас все, кто преклоняется перед Западом, ненавидят всё родное славянское. Таким и стал новый царь. Считал себя немцем, то есть человеком первого сорта, а славяне вроде как IIого. Конечно, нет худа без добра! Он спас рыцарей Мальтийского ордена от полного уничтожения. Упрятал их в России, в Петербурге. Может, поэтому на его могиле в Петропавловской крепости гораздо чаще лежат свежие цветы, чем у надгробий остальных царей. Потомки мальтийских рыцарей помнят царя-добродетеля. Вот только добродетелем он был для кого угодно, но не для русских.
