Екатерина II мечтала о государстве способном обеспечить благоденствие подданных. Екатерина полагала, что все препятствия к выполнению задач могут быть устранены путем принятия хороших законов. Сразу после воцарения Екатерины II была заметна кипучая деятельность в государственном организме. При этом во всех отношениях высказывалось личное участие императрицы в решении всевозможных вопросов. С момента восшествия на престол и до коронации Екатерина участвовала в пятнадцати заседаниях Сената, и небезуспешно. В 1763 году под предлогом упорядочения работы Сената, он был разделен на шесть департаментов со строго определенными функциями и под руководством генерал-прокурора, назначаемого монархом, стал органом контроля за деятельностью государственного аппарата и высшей судебной инстанцией.
Сенат лишился своей главной функции — законодательной инициативы, она фактически перешла к императрице. Сенат стал лишь своеобразным «хранилищем» законов. Генерал-прокурор не только наблюдал за работой Сената, но и самостоятельно решал сенатские дела. Тем не менее, Екатерина понимала, что править открыто самовластно нельзя. Продворянская, крепостническая политика императрицы проводилась ею в форме просвещенного абсолютизма. Популярность нового правительства должна была одновременно следовать национальному, либеральному и сословно-дворянскому направлениям.
Основатель рода — граф Альбрехт Медведь и его пять сыновей. С течением времени род разросся и поделился на четыре крупные ветви, которые в свою очередь делились на династические линии:
1. Бранденбургская ветвь разделилась на Иоганновскую и Оттоновскую линию, но просуществовала недолго, угаснув в 1320 году.
2. Ветвь Веймар-Орламюнде разделилась проще: на старшую и младшую ветви. Старшая угасла уже в 1140 году, а младшая поделилась на две линии: Веймар и Орламюнде. Оба рода пресеклись в 15 веке.
3. Саксонская ветвь была разделена на Ангальтскую и младшую Саксонскую. Младшая Саксонская раздробилась на Саксен — Виттенбергскую (угасла в 1422) и Саксен-Лауэрбургскую (угасла в 1689) линии. А вот Ангальтская ветвь, откуда и выйдет Екатерина II, разделится аж на три подветви:
— Ангальт-Ашеслебенская (1252–1315)
— Ангальт-Бернбург (1252–1468)
— Ангальт-Цербст (прямая подветвь существовала в 1252–1396 годах). Она была поделена на две линии:
а) Ангальт-Цербст-Кётен (1396–1526); После угасания ветви эти владения (княжество Ангальт-Кётен) уйдут во IIую линию.
б) Ангальт-Цербст- Дессау (1396–1596). В 1596 году умер князь этой линии Иоахим Эрнст, объединивший у себя все земли Ангальта. Он имел семерых сыновей, но к моменту кончины отца в живых было пятеро. Они быстренько надергали из привалившего наследства пять отдельных княжеств и засели там самостийниками. Линия одного из братьев, Людвига Ангальт-Кётенского, пресеклась уже в следующем поколении. Четверо остальных братьев, пригребя опустевшую территорию к себе, запустили Дессаускую, Бернбургскую, Кётенскую и Цербстскую ветви Асканийско- Ангальтской династии.
Линия Ангальт-Дессау — единственная, которая существует по настоящий момент, но нынешний глава Дома (с 1963 года) Эдуард, герцог Ангальта — не имеет сыновей, в наличии лишь три дочери. Поэтому вскоре по естественным причинам прямая мужская линия угаснет. Однако останется линия графов Вестарп, младшая линия Ангальт-Бернбургской ветви, к которым перейдет титул Дессау. Старшая линия ветви, князья Ангальт-Бернбург-Шаумбург-Хойм, пресеклись еще в 1812 году. Кётенская линия также угасла в 1812, а ее владения перешли к Дессау.
Ангальт-Цербстская линия пресеклась на брате Екатерины II, Фридрихе Августе (1734–1793), который был женат дважды, но детей не оставил.
Его княжество перешло к Бернбургам, а в 1796 было поделено между ними, Кётенами и Дессау, окончательно прекратив свое существование. Семейная жизнь Петра Федоровича и Екатерины сразу не сложилась, супруги едва выносили друг друга. Однако по дневникам самой Екатерины, в первые годы супружества у нее было два выкидыша, а через 9 лет брака, в 1754 году, родился долгожданный наследник, будущий император Павел Первый (1754–1801). Сходство Павла с отцом не только внешнее, но и внутреннее (в плане странного поведения, непонятных идей, дурацких указов…), а также сильная нелюбовь Екатерины к сыну позволяет многим современным историкам утверждать, что все-таки Павел — родной сын Петра Федоровича. Еще одного ребенка, дочь Анну (1757–1759), большинство исследователей приписывают Станиславу Понятовскому, любовнику Екатерины в тот период. Однако официально муж Екатерины признал малышку, прожившую чуть больше года.
Со своим сыном от Григория Орлова — Алексеем Бобринским (1762–1813) — императрица обращалась намного мягче чем с Павлом, хотя поведение этого незаконнорожденного отпрыска также зачастую было далеко от идеального (карты, женщины, долги, гулянки). Единоутробный брат Павел в период своего правления также покровительствовал ему.
Бобринский женился на баронессе Анне Унгерн-Штернберг, родившей ему четверых детей:
