Екатерина Великая полностью

Дни, последовавшие затем, могли характеризоваться только упадком сил. Кроме новизны засыпания в одной постели, ничего, похоже, не изменилось в жизни Петра. По словам Екатерины, он предпочитал играть в солдатики со своими камердинерами — «представляя военные маневры и меняя им униформу по двадцать раз на дню»^{71}, — чем проводить время с молодой женой. В более поздние годы жизни она так суммировала свои разочарования: «Я была готова полюбить своего мужа, если бы только он был способен любить или хотя бы хотел показать, что способен. Но в самые первые дни своего замужества я пришла по поводу него к печальному заключению. Я сказала себе: «Если ты рискнешь полюбить этого человека, ты станешь самым несчастным существом на свете»^{72}. Она занимала себя чтением романов или проводила время с матерью, приготовления к отъезду которой шли полным ходом.

В начале сентября Екатерину, Петра и Иоганну послали в императорский дворец Царское Село (примерно в двух часах езды от Санкт-Петербурга), а императрица отправилась в загородное поместье графа Разумовского в Гостилицах. Это пребывание во дворце, построенном для Екатерины I, и в парке, который однажды станет любимым местом Екатерины II, не было приятным: его испортили перебранки между старыми и молодыми.

Княгиня Иоганна оставила Санкт-Петербург и затем Российскую империю 28 сентября. Императрица подарила ей значительную сумму в 60 тысяч рублей, чтобы она могла заплатить долги — но оказалось, что княгиня успела задолжать сумму еще большую, и это бремя своей тяжестью легло на плечи дочери, которая взяла на себя ответственность за безумные долги матери и выплачивала их в течение нескольких лет. За несколько дней до отъезда Иоганна имела долгий разговор с императрицей. Она оставляла русский двор с пятном на репутации. Скандал из-за отношений с Иваном Бецким и ее бесконечные вмешательства во все раздражали всех. Екатерина и Петр провожали Иоганну до Красного Села (еще одна летняя резиденция к югу от Санкт-Петербурга). Екатерина расстроилась и «сильно плакала»; Иоганна до конца держалась официально: «Моя мать, чтобы не усугублять мое горе, уехала не попрощавшись»^{73}.

Вскоре после отъезда княгини Иоганны при молодом дворе (так называли двор великого князя и великой княгини) произошел инцидент, какие со временем стали для него нормой: без видимой причины внезапно убрали любимую фрейлину Екатерины. Несколькими неделями позднее был удален камер-юнкер граф Захар Чернышев. В этом случае Екатерина решила, что удаления потребовала его мать из страха, как бы он не влюбился в молодую великую княгиню (что и произошло несколькими годами позже).

Осенью и зимой 1745–1746 года Екатерину и Петра поселили в Зимнем дворце в смежных покоях, разделенных площадкой большой лестницы. Зимой переходить из одного покоя в другой приходилось сквозь холод и сквозняки. Тем не менее в дневное время туда-сюда бегали без конца. В эту первую зиму Екатерина по вечерам часто играла в бильярд с воспитателем Петра Бергхольцем в передней великого князя, в то время как Петр «играл в шумные игры со своим камер-юнкером в соседней комнате»^{74}. Несмотря на отдельные апартаменты в дневное время, ночевала пара обычно в общей спальне.