Катя обратила внимание на высокого пожилого человека в синей гимнастерке с отложным воротником и таких же синих брюках, заправленных в сапоги, — костюм, бывший в моде до войны. Он стоял один у стены, у него было суровое лицо и внимательный, беспокойный взгляд. Она заметила, как напряженно-выжидательно он посмотрел на Леднева, а тот, сразу замкнувшись, едва заметно кивнул головой. Словно они и не поздоровались, а просто посмотрели друг на друга и отвернулись.
— Вы знаете, кто это такой? — прошептала Сима.
— Нет.
— Спирин. До войны он был здесь в облисполкоме большим начальником. Потом, ну вы понимаете… Его много лет не было… Теперь вот появился…
В следующем антракте мужчины ушли на улицу курить.
— Да, Катюша, я все хотела у вас спросить, — сказала Сима, доверительно и интимно беря Катю под руку, — что происходит между вами?
— Между кем? — спросила Катя.
— Между вами и Костей. Какие-то вы оба странные. А? В чем дело? Вы не думайте, Костя мне ничего не говорил. Но я вижу, вижу! Какая кошка между вами пробежала?
По ее тону и по той поспешности, с которой она объявила, что Леднев ей ничего не говорил, ясно было, что он не только все рассказал Симе, но и просил поговорить с Катей. «Как это похоже на него! Подослал!..»
— Да нет, Сима, — сказала Катя, стараясь улыбаться возможно естественнее, — ничего не происходит. Так просто, недоразумения по службе… Мы ведь вместе работаем.
— Ах, Катюша! — Сима прижала к себе Катин локоть. — Служебные дела — какая ерунда, поверьте мне! Какое это имеет значение? Вот Юра — мы с ним каждый день ссоримся. Мне нравится пьеса, ему нет. Ему нравится музыка, мне не нравится. Что же, нам из-за этого расходиться? Видите, не разошлись. Восемнадцать лет!
— Это не совсем то, — сказала Катя. — Вы спорите о предметах, которые вас обоих непосредственно не касаются.
— Да, но касаются искусства, — торжественно произнесла Сима, успев в то же время с очаровательной улыбкой поклониться знакомому. — Тут могут быть самые различные точки зрения. А у вас ясное дело: надо отправлять баржи… О чем тут можно спорить? Честное слово! Ну, дорогая моя, хорошая, зачем вам мучить себя и его? Ведь Костя вас любит. Он вам предложение сделал, правда? Вот видите. А для мужчины его возраста и положения это ответственный шаг. И дома у него все знают, и Ирина. И вот нате вам — не успели пожениться, а уже ссоритесь. Вы сначала поженитесь, а уж потом ссорьтесь!
— Для этого не стоит выходить замуж, — рассмеялась Катя.
— В жизни все бывает, — беззаботно тряхнула завитыми волосами Сима. — А у вас будет прекрасная жизнь, поверьте мне. Окручивайте его немедленно — и дело с концом! Вы же умная женщина, черт возьми!
Среди идущих навстречу Катя увидела Леднева и Юрия Михайловича.
Леднев заметно выделялся в толпе — представительный, чуть-чуть сутулый. Он пытливо посмотрел на Симу и Катю, улыбнулся, дружески кивнул и прошел мимо. Не хочет мешать разговору, который сам подстроил.
Но Катя напряженно следила за Ледневым. Заговорит он со Спириным или нет? Ах, если бы он подошел к нему! Какой камень свалился бы с Катиного сердца… Она бы все простила ему, не сказала бы ни слова об Ошурковой. Только бы подошел. Но Леднев не подошел к Спирину. Лицо его было бесстрастно, хорошо знакомое Кате лицо, когда Леднев знает, что на него смотрят, а ему самому ни на кого смотреть не нужно. И Спирин тоже больше не смотрел на Леднева…
Сима между тем говорила:
— Здесь ваша судьба, я говорю вам как женщина, как друг ваш и Костин. Ему нужна именно такая жена, как вы, Катюша, ведь вы одинокая женщина! Ну когда такой случай еще представится? Где они, свободные мужчины? Ведь вам уже тридцать! А дальше? Одинокая старость?
Зазвенел звонок, публика скопилась у входа в зал.
— Одинокой можно остаться, даже выйдя замуж, — сказала Катя.
Катя и Леднев сели на свои места.
Катя спросила:
— Этот человек в синем костюме — Спирин?
— Да.
— Ты его знаешь?
— Знавал когда-то, — ответил Леднев и сочувственно добавил: — Потерла его судьбишка.
— Ты его хорошо знал?
— В одном затоне работали… В институте вместе учились.
— А сейчас ты с ним встречаешься?
— Сейчас нет… Много лет прошло.
— Я бы на твоем месте подошла к нему.
— Зачем?
— Он ждал этого.
— Ты думаешь?
— А ты не думаешь?!
Леднев качнул головой.
— Возможно… — и отвернулся к сцене.
Катя встала. Леднев поднял на нее удивленный и растерянный взгляд. Сзади зашикали. Не оглядываясь, Катя быстро пошла к выходу.
Она пробежала по пустому фойе. Билетерши дремали у дверей. О чем-то спорили буфетчицы. И только выбежав на улицу, Катя вспомнила о своем пальто. А, черт с ним! Все равно номерок у Леднева!
На улице Леднев догнал ее.
— Зачем же пальто бросать?
Он пошел рядом, перекладывая Катино пальто с руки на руку, как будто нес невесть какую тяжесть.
— Тебя задело мое отношение к Спирину, — сказал Леднев. — Но ведь ты не знаешь наших отношений. Может быть, они и раньше были такими же? Почему я должен их менять? Чтобы подчеркнуть особенность его положения? Вряд ли это было бы ему приятно.
Он переложил Катино пальто на другую руку и продолжал:
