Где-то вдалеке раздавались крики морских птиц, а внизу, у подножия камней, шумел прибой. В эту минуту древние легенды и сиюминутные тревоги казались чуть менее пугающими — будто сама природа говорила путникам, что каждый из них — временный гость в этом новом неизведанном мире.
Отдохнув на поляне и набрав воды из прохладного ручья, Торрик, Глезыр и Галвина продолжили исследовать остров, углубляясь все дальше в его неизвестные территории. Под ногами зашуршали сухие листья, воздух стал влажнее и пахнул незнакомыми цветами и травами. Торрик рубил на пути особо плотные кусты своим протезом, словно пробивался сквозь зелёную стену, а Глезыр следил за компасом и вел записи в своей карте.
— Ну, когда уже капитан назовет что-нибудь в честь меня? — пробурчал крысолюд, поглядывая на густую растительность вокруг. — Хоть остров Глезыра, хоть гору. Уж лучше я буду тем, кого вспоминают с гордостью, чем стану очередным позором семьи.
Галвина, улыбнувшись, поддела его:
— Тщеславие — твое второе имя, крысолюд?
Глезыр в ответ усмехнулся, но его глаза оставались серьезными:
— Да, может, и так, но у меня хотя бы есть причина. Папаша подорвал половину родного острова, когда закурил на пороховом складе, а мой старший брат Рори угнал корабль у капера и врезался прямо в побережье Порции. Теперь скрывается где-то в Диких Землях, и вся наша семья на слуху, но не в лучшем свете.
Торрик хохотнул, с наслаждением затягиваясь своей трубкой:
— Ну и семейка, нечего сказать! А вот у меня родственники — железные парни. Хорхин, например, мог выпить три кружки медовухи и не потерять равновесия, но однажды по глупости попал в лапы химеры. Только косточки остались, ха-ха!
Галвина послушала его рассказ и слабо улыбнулась:
— А я всего лишь хотела стать королевой новой свободной Астерии. Хотела, чтобы люди жили без страха перед узурпатором, но… ничего не вышло.
Торрик остановился, чтобы перевести дух, и взглянул на Галвину с уважением:
— Может, королевой ты и не стала, но ты почти в одиночку убила Тихий Ужас! Это уже подвиг, о котором будут слагать легенды! Да и, кто знает, вдруг твои соратники захотят переселиться в Самсонию и основать тут Новую Астерию? Свобода-то какая!
Галвина грустно покачала головой, разглядывая зеленую листву вокруг:
— Может, кто-то и согласится перебраться. Но для остальных привычнее жить под властью Агорана. Язык-то у нас один, только вера разная.
Торрик, раздвигая очередной кустарник, с энтузиазмом отметил:
— А вот и подходящие деревья! Гляньте, какие толстые стволы. Из таких точно можно строить дома или, может, даже ремонтировать корабль. Наконец-то нашли что-то полезное!
Но тут их разговор прервал встревоженный крик Глезыра:
— Там, глядите!
Они замерли, посмотрели в сторону, куда указывал крысолюд, и увидели за деревьями движение. Высокие змеиные шеи, вытянувшиеся над зеленью, плавно покачивались, как будто кто-то огромный неспешно щипал верхушки деревьев. Сердца путников забились быстрее, и они осторожно подкрались ближе, прячась за кустами.
На поляне перед ними паслись огромные существа с массивными телами, длинными шеями, которые дотягивались до самых высоких ветвей, и мощными хвостами, что волочились по земле, расчищая путь. Каждый их шаг сопровождался глухим ударом по земле, отчего под ногами чувствовалась легкая вибрация.
— Это травоядные, скорее всего, — прошептал Торрик, стараясь говорить тише, чтобы не привлечь внимания гигантов. — Но они настолько огромные, что могут нас просто растоптать, даже не заметив.
Галвина, вглядываясь в этих удивительных обитателей нового мира, ответила:
— Лучше нам вернуться и рассказать капитану о находке. Если эти звери вдруг решат пойти к лагерю, мы должны быть готовы.
Глезыр медленно кивнул, стискивая флягу с вином в руках:
— Да уж, с такими соседями лучше быть начеку. Надеюсь, мы не попадем им на ужин, как аперитив!
Путники тихо и осторожно отступили обратно, стараясь не потревожить мирных гигантов, которые продолжали неспешно наслаждаться листвой, будто никакой чужеземной угрозы не существовало вовсе.
Самсон, Элиара и Лаврентий осторожно пробирались через прибрежные скалы, стараясь не поскользнуться на мокром камне. Между трещинами им попадались небольшие хвойные деревья, вероятно, местная разновидность кипариса с маленькими шишечками, которые тускло поблескивали в лучах солнца. Самсон остановился, сорвал одну шишечку и покатал её между пальцами, изучая её странную текстуру, похожую на раковины морских существ.
— Кто знает, вдруг эти шишки потом станут знаменитым местным товаром, — задумчиво произнес капитан, пытаясь разрядить напряженную атмосферу.
Элиара, опершись на посох, вдруг спросила Лаврентия:
— Почему ты выбрал священничество? С твоими способностями из тебя мог бы выйти отличный маг.
Лаврентий на мгновение остановился, как будто задумавшись, и тихо вздохнул, бросив взгляд на шишечки, что держал в руке Самсон.