Хэнсен не ответил. Только сжал кулаки. Он не собирался говорить с этим человеком. Не собирался давать ему удовольствие.
— Как моя девочка?
— Не твоя, — прохрипел Хэнсен.
Оттавио усмехнулся. Не зло. Почти грустно.
— Я тот, кто сделал мир лучше, — сказал он. — Я тот, кто убрал слабость. Я тот, кто восстановил порядок.
— Ты убил тысячи невинных, — прошептал Хэнсен. — Ты уничтожил семьи. Разрушил жизни. И ты называешь это «порядком»?
— Они не были частью нашего мира, — ответил Оттавио. — Они никогда не будут частью нашего мира.
— Ты сумасшедший.
— Возможно. Но сумасшедшие меняют мир. Так было всегда.
Оттавио протянул руку. Не для того, чтобы ударить. Не для того, чтобы связать. Просто — предложить помощь.
— Ты можешь быть с нами, — сказал он. — Ты сражаешься хорошо. Ты можешь быть частью этого.
Хэнсен долго молчал. Смотрел на руку. Затем — в глаза. И наконец, с отвращением, выплюнул на землю.
— Сдохни, — прошептал он.
Оттавио вздохнул. Не сердито. Почти сожалеюще.
— Тогда ты остаешься в прошлом.
Он щёлкнул пальцами. Один из мужчин в маске подошёл сзади. Руки Хэнсена резко оттащили назад. Он не сопротивлялся. Он просто смотрел на Оттавио. Без страха. Только с ненавистью.
— Лира
— Никогда, — прошептал Хэнсен. – Она не такая.
Оттавио улыбнулся.
— Возможно...
Кросс кивнул. Мужчина сзади достал нож.
Лира закричала. Не от боли. От понимания. От осознания, что это конец. Что она не может сделать ничего. Что она не может спасти его. Что она должна смотреть, как её друг, её защитник, её семья — умирает.
Нож вошёл в шею Хэнсена быстро. Неумолимо. Он не успел закричать. Даже не успел почувствовать боль. Просто согнулся пополам. Просто упал.
И тогда шаттл начал взлетать.
Лира билась о стекло. Вырывалась из рук Лео. Кричала имя Хэнсена снова и снова, пока голос не стал хриплым. Пока не превратился в рыдание.
— Лира! — крикнул Лео, обхватывая её. — Лира, смотри на меня!
Но она не могла. Она всё ещё смотрела вниз. На тело, которое оставалось позади. На человека, который пытался защитить её, но не смог.
Взрыв. Шаттл тряхнуло. В иллюминаторе вспыхнул огонь. Одна из машин нападавших взорвалась. Пламя охватило всё вокруг.
Лира упала на пол. Рыдала. Не могла дышать. Не могла думать.
Лео опустился рядом с ней, прижав к себе. Он не говорил ничего. Просто держал. Просто позволял ей чувствовать, что он есть. Что она не одна.
Горизонты сменялись. Звёзды становились ближе. Шаттл уходил прочь от Астериона. Прочь от дома. Прочь от всего, что осталось.
Мир изменился. Он принадлежал огню.
И её отцу.
Академия больше не была просто учебным заведением. Она стала убежищем. Спасательным кругом, который держался на волоске над бездной. Воздух был наполнен страхом и шумом: звуки шагов по коридорам, крики родителей, панические вопросы о безопасности, тревожные переговоры по терминалам. Кто-то из студентов прибыл с семьями, кто-то — один, потеряв всех.
Айрон Солт стоял в центре этого хаоса, как капитан на палубе разбушевавшегося корабля, стараясь не дать рухнуть всему сразу. Он принимал всех. Без проверок. Без вопросов. Если ты просил укрытия, он давал его. Если ты искал защиту, он обеспечивал её. Даже если это означало, что в академии стало тесно. Даже если это означало, что студенты спали в общих залах, а тары вели занятия прямо в коридорах.
Страх нельзя заменить хаосом. Нужна структура. Нужна привычная реальность. Поэтому Айрон решил возобновить занятия. Не потому, что сейчас было важно учить историю межгалактических войн или биологию экзотических форм жизни. Он делал это, чтобы отвлечь. Чтобы создать иллюзию нормальности. Чтобы каждый мог на пару часов забыть, что где-то за стенами академии горит целая галактика.
Люминарий не спал больше двух дней. Его глаза были красными, кожа серой, движения механическими. Он принимал сообщения от Совета, от правительств планет, от лидеров рас. Все они говорили об одном: Братья Пламени вышли из тени. Это больше не были просто радикалы или маргиналы. Это была полноценная армия. Организованная, вооружённая, мотивированная. Их действия нельзя было назвать бунтом. Это была война.
Горели дома не-людей. Горели целые районы. Мосты между культурами, которые строились десятилетиями, сгорали за считанные часы. Астерион был лишь началом. За ним последовали Терра-7, Новакор, Лира-3, Эрида-4... Десятки других мест, где инопланетные семьи жили бок о бок с людьми. Теперь там остались только пепел и прах.
Солт видел записи. Он читал отчёты. Он слышал голоса тех, кто выжил. И каждый раз одно и то же: маски. Черные формы. Нашивки с пламенем. Люди. Только люди.
Айрон сидел в своём кабинете. Смотрел на карту галактики. Красные точки указывали на места, где уже вспыхнули конфликты. Жёлтые — на те, где они вот-вот вспыхнут. И в отдалении — одна точка. Академия. Ещё белая. Ещё безопасная. Пока Оттавио не узнает координаты.