– Ну, молодой человек, я был в то время, жил там. Если позволите, вот что тогда было как я это помню. Был сильнейший экономический упадок, деньги носили не в кошельках, а в хозяйственных сумках и возили тачками. Инфляция обесценивала деньги не в течение дней, а часов. Утром хлеб стоил одну цену, а к вечеру уже в разы дороже. Народ разорялся, нес все самое ценное ростовщикам. Делал займы в банках. Так уж случилось, что хозяевами как банков, так и очень многих ростовщических лавок были евреи.
Ну право слово, как было, так и говорю. Целые еврейские семьи скупали у разорявшихся немцев дома и имущество. Конечно, это не вызывало теплых чувств. А потом пришел Гитлер. Экономика стремительно выстрелила вверх. И потом его слова, изложенные в книге «Моя борьба» упали на благодатную почву. И начались еврейские погромы.
– Ну конечно, евреи виноваты, что они богаты и экономически подкованы, а мы – русские тоже вам чем-то насолили? – Подался вперед Кирилл.
– Ну хватит, – остановил начавшуюся перепалку Сергей. –Давайте вернемся к той теме, ради которой мы приехали.
– Да, это разумно. Итак, что вы хотите узнать? – кивнул Отто.
– Мне дед практически все рассказал по дням про те события. И он, и Вы кроме свалившегося на вас золота, смогли получить части головоломки, которые по-видимому могли бы работать только вместе. У него оказались в руках две металлические колонны, и память о тех словах, которые Вам в горячечном бреду наговорил тот немецкий ефрейтор Марк перед смертью. А у вас, Отто колонн как раз не было. Но зато было нечто, что в наше время называют «мануал» или руководство пользователя.
– Да, паззл так рассыпан был, если можно так выразиться. Я благодарен Петру за то, что я вообще жив. Он рассказал наверно, как мы расстались тогда в 1945. Некрасиво получилось. Но тем не менее у меня остался ящик золота. Да… – Отто устремил взгляд куда то вдаль. – Как умер ваш дед, Сергей?
– Рак легких. Выбрал эвтаназию, не стал дожидаться, когда начнутся мучения, – сухо ответил Сергей.
– Сильное решение, некоторые до последнего цепляются за жизнь. Знаете, и он и я изучали тот средиземноморский период, тогда много примеров, когда благородные мужи Рима и Греции выбирали самоубийство вместо жалкого существования. Это считалось правильным: умереть достойно, – кивнул Отто.
– Я удивляюсь, что Вы не знали о смерти деда. Он говорил, что Вы следили друг за другом.
– О, молодой человек! За столько лет эта слежка превратилась в рутину, а потом и вообще сошла на нет. По крайней мере, с моей стороны. Хотя я уверен, Петр тоже перестал активно мной интересоваться. Вначале я был полон решимости что-то узнать. Я думал, что Петр вот-вот все разгадает. Потом шли годы. Мы встретились, поняли, что каждый топчется на месте. И все. Мы даже не сделали попытки объединить усилия. Мне жаль, что моего соперника больше нет. Знаете, это как вдруг понять, что ты завершаешь марафонскую дистанцию в одиночестве. Не с кем соревноваться. Хоть пешком иди, хоть ползи, ты уже все равно придешь к финишу один. А собственно и финиша то нет никакого. Смерть только. Да, жаль. Я хотел бы попрощаться с ним. Эх. Это такое эхо из нашей юности. И особо никому не расскажешь, – Отто опять посмотрел вдаль.
Сергею слова Отто показались искренними. Старик даже как-то меньше стал. Его уверенная улыбка потускнела.
– Я не знаю, что сказать, хотел ли дед встречи с вами, что бы он сказал Вам перед смертью, скорее всего он тоже устал от вашей общей гонки. Но я ему обещал продолжить поиски. И я хочу исполнить обещание. Скажу прямо, кроме колонн мне нужен тот дневник Марка. Без него многое остается неясным.
– О. Дневник. Вы думаете, как и ваш дед, что это как инструкция к микроволновой печке: включил и – готово. Марк записывал действительно много. Но записывал он так, как сам понимал. Я перечитывал его записи. Но потом просто потерял интерес. Там- ничего. И за эти годы он просто куда то делся. Возможно его просто выбросили, – Отто говорил это, но казалось, в разговоре не участвовал. Видимо смерть Петра ему напомнила, что его поезд тоже скоро прибудет на конечную станцию.
– Мы тратим время. Я дал обещание деду.
– Вы все время смещаете акценты. Думаете, что у Вас есть колонны, а я дам вам инструкцию и все совпадет, как болт и гайка. И вуаля – мы обладатель могущества и непревзойденной мощи. Так вы думаете?
– Я могу сам решить, когда соберу все воедино.
