И вот стою у врат знакомых,А рядом, Господи спаси,Старик в лохмотьях. Он не промах,Наверно, милости просить,Но взор его при том ужасенИ нос крючком, и посох крив…К тому ж, приход его напрасен,Не потому, что некрасив,Но он не в тот приют стучится,Здесь нет ни хлеба, ни деньги.Старик напрасно нынче тщится.Мы с ним почти уже враги…Но Аладдин, на старца глядя,Открыв для слов приветных рот,Услышал: «Мальчик, я твой дядя,Ты что нас держишь у ворот?»И в дом зашли, а мать, смущаясь,Никак припомнить не моглаНи брата мужа, что, прощаясь,Когда-то Лета унесла,Ни, уж тем более, знакомца.Но делать нечего, и вотХватило места всем под солнцем,И старый хрен им речь ведёт,Мол, надоело мне скитанье,Решил осесть я где-нибудь,Да вспомнил братово прощанье,Сказал он, — сына не забудь.И вот пришёл я к Аладдину,Который был рождён при мне,Он станет мне теперь за сына,Как ясный светоч на окне.Все плачут, стонут в умиленье,А я не верю ничему…Востока рознится мышленье,В восторгов плавая дыму.Достал пришлец свою котомку,А там и хлеб и пахлава…И в аромате этом тонкомПошла по кругу голова.Откушав вместе угощенье,Затем настой хлебнув из трав,Мы, полны в сердце всепрощенья,Сидели, головы задравНа карагач, минута длиласьВ молчанье. Вдруг сказал старик:«Принцесса тож в тебя влюбилась!»О, этот нереальный миг!Все привскочили от испуга,На Аладдина пала дрожь.Мы посмотрели друг на друга, —На колдуна наш гость похож.А он, нисколько не в просчёте,Встал и рукою нас манит, —За мной идите. И в почёте,Для Аладдина, как магнит,Увлёк в пустыню нас. БарханыПесок ссыпали на жаре,Тревожил их лишь ветер пряный,Да мы. И вышли вдруг к горе,Где змей послышалось шипенье…Ударил посохом старик,И мы увидели в волненьеДыру большую в тот же миг.Земля разверзлась под ногами,Мы встали, словно в забытьи.Колдун нас отрезвил словами,Прогнав сомнения мои:«Спускайтесь вниз, вот вам верёвка,Сокровищ там, внизу, не счесть.У Аладдина есть сноровка,А мне, убогому, не слезть.Берите всё, что приглянётся,Я перстень вам в подмогу дам,Он золотой, горит на солнце,С ним не войти в мечеть иль в храм,Но он вас вынесет наружу,Лишь стоит перстень потереть.Он только для того и нужен,Иначе вам в пещере смерть.И мы спустились. В преисподнейГорели факелы. Их светБыл драгоценностям угоден,Которых в мире больше нет.Блистали камни и порфиры,Сияли россыпи монет,На это всё купить полмираВозможно было бы иль нетЯ не прикидывала, толькоНе прикасалась ни к чему,Лишь про себя вздохнула горько, —Откуда столько, не пойму.Какое сказочное царствоХранит пустыня под собой,А люди прокляты в мытарствах,Кругом лишь голод и разбой.Тут закричал колдун скрипуче:«Берите деньги, хватит спать!»И дальше Аладдина учитДля дяди что-то отыскать.«Там где-то лампа есть. ПомятыНемного медные бока,Но мне достань её, тогда тыНаверх взойдёшь наверняка!»Мы лампу древнюю сыскалиНа полке вместе с сундуком,Где самородки счесть едва лиСмогли бы с золотым песком.Им Аладдин набил карманы,Блестящих камешков набрав.От волшебства мы были пьяны,Вдруг богачами вместе став.И тут колдун засуетился,Давай, мол, лампу привяжиК верёвке, на какой спустился,И мне доверье окажи.Ему в ответ: «Иди-ка к чёрту,Тебе там будет в самый раз!»Колдун — калач, как видно, тёртый.Вмиг свет от факелов погас,И затворилась щель земная.Не испугались мы ничуть.Потёрли перстень, и роднаяЗемля нас приняла на грудь,Но колдуна простыли вопли,И самый след его простыл….Кончался день сухой и тёплый,И вечер вкруг плескал чернил.Я попрощалась с Аладдином,У них тут — темень, свет — у нас…Он мне и впрямь сходил за сына,Жаль расставаться. Тот же часПроснулась я в своей постели,Воспрянув из пещеры сна,А за окном скворцы свистели,И пахла розами весна.
