Эхо ненависти полностью

– Прежде чем поедем туда, я быстро допрошу вас, – предложила следователь.

– Как вам угодно, – вздохнула женщина.

По пути на кладбище Черных поинтересовалась:

– Анастасия Никандровна, где тут можно купить цветы? Хотим возложить на могиле героя.

– Возле кладбища имеются цветочные киоски, там и купите, – грустно улыбнулась она, незаметно смахнув слезу.

Могила фронтовика была ухоженной. Небольшой и простенький надгробный памятник из мраморной крошки, в цветнике живые цветы, на стеле без портрета бронзовыми буквами надпись:

– А вот тут все написано правильно, – тихо проговорила Черных, обняв вдову за плечи. – Он настоящий герой.

– В последний раз с детьми здесь были позавчера в День Победы, – объяснила она и, наклонившись, поправила цветы. – И внучата с нами были.

Настало время расставания. Черных, обняв женщину, заверила:

– Мы вам сообщим, когда установим личность этого человека, который так долго прикрывался именем вашего мужа. Со своей стороны обещаю, что по окончании следствия информирую здешний военкомат о том, что Василий Игнатьевич кристально честный человек, не замаранный никакими подозрениями, чтобы повторно инициировать присуждение ему звания Героя Советского Союза.

– Спасибо, доча, – не выдержав, заплакала женщина. – Вы мне пишите, я буду ждать от вас вестей.

Растроганный сыщик, немного поколебавшись, на прощание крепко обнял женщину.

– Напишем, Анастасия Никандровна, обязательно напишем. Вы только ждите и надейтесь, справедливость должна восторжествовать!

До Трускавца путники на междугородном автобусе добирались целый день. Прибыв к месту назначения ближе к полуночи, они устроились в гостинице и, усталые от дальней дороги, забыв об ужине, свалились спать.

Наутро, позавтракав в буфете сосиской с глазуньей, они встретились с прокурором города. Петр Богданович Семашко, немолодой мужчина, изучив командировочное удостоверение и план работы, по прямой связи вызвал своего помощника. Через минуту заглянул молодой парень и звонким голосом спросил:

– Петр Богданович, вызывали?

Познакомив его с прибывшими, прокурор приказал:

– Константин Львович, поступаете в распоряжение Марины Станиславовны. Найдите в архиве уголовное дело и готовьте его для передачи коллегам из Якутии.

Уже в кабинете у себя помощник прокурора, налив гостям чая, поинтересовался:

– Вы там передвигаетесь на оленях?

– Да что вы все привязались к этим оленям! – громко рассмеялась Черных. – Я их в глаза не видела, этих оленей. Вы для полноты картины еще скажите, что у нас по улицам ходят медведи.

– А что, не ходят? – вполне серьезно осведомился помощник. – Рассказывали, что ходят.

– Кто рассказывает-то такие небылицы? – улыбчиво спросил Соколов.

– У меня дядя долго жил в Якутии. Он рассказывал, что там мороз опускается до семидесяти градусов, и если в такое время ломом ударить по дереву, железо рассыпается как сосулька.

– Вы побольше слушайте своего дядьку, – не выдержав, расхохотался сыщик. – Эти байки я где-то уже слышал, и, по-моему, от украинца. Случайно, не ваш ли это дядя был?

Помощник смущенно махнул рукой и вышел из кабинета, на ходу бросив:

– Дам необходимые распоряжения, чтобы искали дело.

Оставшись вдвоем со следователем, Соколов подмигнул Черных и с сарказмом передразнил помощника:

– Деловой – «я дам необходимые распоряжения»!

– Молодой да ранний, – в ответ улыбнулась она. – И я была такой. Ничего, скоро заматереет.

Вскоре уголовное дело было обнаружено в архиве и лежало перед Черных. Она взяла его в руки и разочарованно протянула:

– Что-то тощенькое.

Изучив дело, на что ушло не более двадцати минут, Черных протянула его сыщику:

– Сергей, будешь смотреть?

– Нет, – мотнул он головой. – Вечером изучу в гостинице.

Положив документы в папку, Черных поинтересовалась у помощника:

– Константин Львович, санаторий «Шахтер» сейчас работает?

– А куда ему деться? Конечно, работает.

– Нам бы туда съездить.

– Нужна машина? Сейчас организуем.

Директор санатория, полноватый мужчина пятидесяти лет, одетый в широченный льняной костюм кремового цвета, принял гостей радушно и, бросая слащавые взгляды на Черных, познакомился:

– Мазур Семен Венедиктович. Чем вам обязан?

«Сердцеед хренов, не на ту замахнулся, – подумал сыщик, заметив интерес директора к следователю. – Не по Сеньке шапка!»

– Мы из Якутии, – представилась Черных. – Я – Марина Станиславовна, следователь прокуратуры. А моего коллегу зовут Сергей. Мы хотели поговорить с вами об одном случае, который произошел тут восемь лет назад. Вы в то время, случайно, не работали здесь?

– Боже мой, как давно это было! – закатил глаза директор. – Я тут работаю шестой год, до этого жил во Львове. А до меня тут директором был Решетняк, он сейчас живет в Киеве.

– Семен Венедиктович, с кем можно поговорить из старых работников?