Есть известная поговорка: «Если не хотите испортить впечатление, не предупреждайте, что в комнату сейчас войдет красивая женщина».
Наслышавшись из всех уст о чудесной красоте Елены Иваницкой, оценив по достоинству роскошное фото на суперобложке ее книги, Лев Абрамович приготовился к мощному разочарованию от личной встречи, но вышло с точностью до наоборот.
Вдова оказалась так прекрасна, что он почувствовал себя на тридцать лет моложе, и пришлось сделать волевое усилие, чтобы вспомнить, зачем он сюда пришел и восхищаться этой женщиной значит предавать собственную внучку.
Елена приняла его в городской квартире, где, кажется, занималась разбором вещей покойного мужа. Простые джинсы с футболкой, отсутствие макияжа и волосы, небрежно забранные в пучок на затылке, нисколько не умаляли ослепительной внешности женщины, так что Лев Абрамович не сразу разглядел девушку, все время бывшую рядом с Еленой. Их не представили, но Дворкин понял, что это и есть пресловутая Клавдия, личная помощница и спасительница детей.
Когда он позвонил Елене, ожидал негативной реакции, может быть, грубого отказа, и никак не думал, что она сразу согласится на встречу, примет его любезно и даже предложит чаю.
Иваницкая провела посетителя в просторную гостиную, обставленную с большим вкусом, и усадила в кресло возле журнального столика. В симметричное кресло опустилась сама, кивнула Клавдии, и та вышла, чтобы буквально через несколько секунд вернуться с подносом, заставленным разной чайной ерундой. Пока она сновала туда-сюда, было несподручно начинать разговор, но, поставив перед гостем чашку, содержимое которой источало божественный аромат, Клавдия села на диван напротив, сложив ножки в точности, как это делает королева Великобритании на официальных мероприятиях.
Лев Абрамович осторожно заметил, что дело у него деликатное, и если уж говорить, то лучше наедине, но Елена переглянулась со своей помощницей и строго заметила, что у нее нет от Клавдии секретов. Дворкин пожал плечами, потому что не представлял себе, как люди могут полностью открыться друг другу и не сойти при этом с ума, но выбирать ему не приходилось. И то уже странно, что Елена согласилась с ним увидеться. Впрочем, это обстоятельство разъяснилось очень быстро.
– Я не верю, что Митя убил Володю, – сказала вдова, – он давно разлюбил меня.
– Да?
– Да, женщины всегда чувствуют такие вещи, – вздохнула Елена и тут же улыбнулась, – вы, наверное, сейчас думаете, не успела она похоронить мужа, как раздумывает о поклонниках…
– Ну что вы, Елена Николаевна! – Лев Абрамович слегка привстал в кресле, чтобы показать свое уважение. – Вполне естественно, что мы с вами затронули эту тему, раз я представитель Мстислава Юрьевича. Еще раз позвольте мне принести вам соболезнования в связи с кончиной вашего мужа, и поверьте, если бы не крайняя нужда, я никогда не потревожил бы вас в час скорби.
– Нет, это хорошо, что вы пришли. Следователь уперся, что Митя убил Владимира из ревности, но мой муж был не последний человек в мире бизнеса, а где крутятся большие деньги, там не до страстей. Но в этом направлении абсолютно ничего не делается, и я живу в постоянном страхе. Володя мертв, что дальше? Точнее – кто! А дальше? А дети? Благо еще мы получили разрешение на захоронение…
Лев Абрамович нахмурился, не сообразив, какая тут связь.
– И только благодаря Клавдии, она нажала на все рычаги, и мы хоть смогли похоронить Володю до Нового года, а то, представьте, у детей на всю жизнь новогодние праздники связались бы с похоронами отца! И вот похороны позади, можно отправить детей обратно в школу, а я думаю – будут ли они там в большей безопасности, чем здесь? Ехать мне с ними и прятаться, пока не стало известно, кто отжимает наше наследство, или побороться и быть застреленной так же, как Володя?
– Насколько я знаю, вы можете позволить себе хорошую охрану…
– Ха! Чтобы просто поближе подпустить к себе киллера, как это вышло с моим мужем? Я почти уверена, что это Мишка сделал, и просто подставил бедного Зиганшина. Конечно, у него куча детей и всех надо кормить. А может, его шантажировали, мол, или ты убьешь своего работодателя, или мы прикончим кого-то из твоих ребят. Откуда я знаю, как там было?
– Наймите толкового менеджера и поезжайте с детьми, если хотите знать мой совет, – сказал Дворкин, которому вдруг стало жаль женщину, неожиданно оказавшуюся лицом к лицу с жизнью, – детям сейчас как никогда нужна мать.
Клавдия встала, подошла к Елене и ободряюще положила ей руку на плечо.
– Я понятия не имею, зачем Митька поперся к Володе и кто его надоумил, – с досадой произнесла Елена, – и чего он хотел добиться, тоже не знаю.
– Вообще-то он сказал, что вы его об этом просили.
– Да? – Елена нахмурилась. – А, ну да, было такое. Но давно. Я хотела, чтобы Володя увидел, какие у меня поклонники, и приревновал. Или даже не так: чтобы он понял, что меня забыть нельзя. В общем, такое. Знаете, я так хотела сохранить брак, что хваталась за любые соломинки, но Митька отказался, а потом вроде у нас с мужем все стало потихоньку налаживаться.
