Джейми в пивной играл в карты, а Йен-младший следил за игрой из-за его плеча. Увидев меня, Джейми передал свои карты Йену, забрал мою корзину и поднялся за мной по лестнице в нашу комнату.
Мы вошли, и я повернулась к нему, но не успела произнести ни слова, когда он сказал:
— Я знаю, Том Кристи жив. Встретил его на улице.
— Он поцеловал меня! — выпалила я.
— Да, я слышал, — кивнул Джейми, разглядывая меня с веселым любопытством.
Почему-то я сильно разозлилась, а когда он это заметил, то развеселился еще больше.
— Понравилось, да?
— Не смешно!
Веселость никуда не делась, но слегка поубавилась.
— Так тебе понравилось? — повторил он, и теперь в его голосе скорее слышалось любопытство, а не поддразнивание.
— Нет! — Я резко отвернулась. — Хотя… у меня не было времени, чтобы… чтобы подумать об этом.
Внезапно Джейми схватил меня сзади за шею и коротко поцеловал. Я рефлекторно ударила его по щеке. Несильно — одновременно я пыталась отстраниться, — и вряд ли причинила ему боль. Тем не менее меня это так поразило и смутило, словно я сбила его с ног.
— Недолго думала, а? — бросил он небрежно и, шагнув назад, с интересом окинул меня взглядом.
— Прости, — сказала я, чувствуя себя одновременно униженной и злой. Я не понимала причину своей злости и оттого злилась еще сильнее. — Я не хотела. Мне очень жаль…
Он склонил голову набок, разглядывая меня.
— Может, мне пойти и убить его?
— Ой, не говори глупости!
Я суетливо принялась развязывать карман, не желая встречаться с Джейми взглядом. Чувствовала себя взвинченной, растерянной, раздосадованной, а хуже всего было то, что я не понимала причину этих эмоций.
— Я задал тебе честный вопрос, саксоночка, — тихо произнес он. — Не слишком серьезный, но честный. Думаю, что ты должна дать такой же честный ответ.
— Конечно, я не хочу, чтобы ты его убивал!
— Хочешь, я скажу, почему ты меня ударила?
— Почему… — На миг я застыла с открытым ртом, потом закрыла его. — Давай, говори.
— Я коснулся тебя против твоей воли, — сказал он, не сводя с меня глаз. — Так ведь?
— Да. — Мне стало легче дышать. — Так же, как и Том Кристи. И да, мне это не понравилось.
— И дело не в том, что Кристи жив, — закончил он мою мысль. — Бедолага.
— Он бы не желал твоего сочувствия, — ехидно заметила я, а Джейми улыбнулся.
— Конечно. Тем не менее я ему сочувствую. Однако я рад, — добавил он.
— Чему рад? Что он жив? Уж точно не его заявлению, что он меня любит. Или я ошибаюсь? — недоверчиво произнесла я.
— Не умаляй его чувств, саксоночка, — еще тише сказал Джейми. — Однажды он уже отдал за тебя свою жизнь. И отдаст еще раз, если понадобится.
— А я и в первый раз этого не хотела!
— Тебя это беспокоит, — заметил он с чисто клиническим интересом.
— Да, чертовски беспокоит! — рявкнула я. — И… — Меня вдруг осенило, и я пристально посмотрела на Джейми: — Тебя тоже, да?
Я вдруг вспомнила, как Джейми сказал, что встретил Тома Кристи на улице. Что ему сказал Том?
Джейми наклонил голову, словно сомневался, но отрицать не стал.
— Не скажу, что мне нравится Том Кристи, — взвешенно сказал он, — но я его уважаю. И очень рад, что он жив. Не было ничего плохого в том, что ты его оплакивала, саксоночка, — мягко произнес он. — Я тоже скорбел.
— Я даже и не подумала об этом. — Я была настолько потрясена встречей с Томом, что совершенно забыла, как оплакивала его и его детей. — И я не жалею, что горевала.
— Хорошо. Беда Тома в том, что он хочет тебя, — продолжил Джейми. — Очень сильно. Но он ничего о тебе не знает.
— А ты знаешь, — полувопросительно и с некоторым вызовом сказала я.
Джейми улыбнулся. Повернувшись, он запер дверь на задвижку, затем прошел через комнату к единственному окошку и задернул ситцевую занавеску, погрузив комнату в приятный голубоватый полумрак.
— О, я тебя тоже очень хочу, и ты мне нужна… но у меня есть и знание. — Он стоял так близко, что мне пришлось поднять голову, чтобы видеть его лицо. — Я никогда не целовал тебя, не зная, кто ты… а бедняга Том этого никогда не узнает.
Господи, что Том ему наговорил?
Мой пульс, который до этого то ускорялся, то замедлялся, превратился в быстрые легкие удары, отдающиеся в кончики пальцев.
— Ты ничего не знал обо мне, когда мы поженились.
Его ладонь легонько стиснула мой зад.
— Да?
— Я имею в виду, помимо этого!
Джейми издал какое-то шотландское восклицание, тихий гортанный звук, почти смех.
— Да, мудр тот человек, который знает, что ничего не знает… Но я быстро учусь
Он бережно привлек меня к себе и поцеловал, задумчиво и нежно, зная, что делает… и с моего согласия. Поцелуй не стер в памяти пылкое и неловкое объятие Тома Кристи, и я подумала, что Джейми и не хотел этого делать, он просто хотел показать мне разницу.
— Не может быть, что ты ревнуешь, — сказала я спустя минуту.
— Ревную, — серьезно сказал он.
— Ты же не думаешь, что…
— Нет, не думаю…
— Ну что ж…
