Роберт Роджерс был темной личностью. Несколько месяцев назад он пробрался в Нью-Йорк и как-то ухитрился получить от генерала Хау чин майора, а от его брата, адмирала, — шлюп. Поговаривали, что Роджерс охотился на индейцев, да он и сам любил наряжаться как индеец. Впрочем, действовал он вполне успешно и завербовал достаточно людей, чтобы сформировать десяток отрядов рейнджеров, одетых в аккуратную форму. Однако Роджерс по-прежнему рыскал на шлюпе вдоль побережья в небольшой компании дружков такого же непотребного вида, как и он сам: видимо, искал рекрутов, шпионов, контрабандистов и, как думал Уильям, все, чем можно поживиться.
Шлюп подошел поближе, и Уильям увидел на палубе Роджерса: разменявшего пятый десяток смуглого человека с порочным лицом, покрытого шрамами и изрядно потрепанного жизнью. Он увидел Уильяма и приветливо помахал. В ответ Уильям вежливо поднял руку: если его люди что-нибудь найдут, Роджерс может понадобиться, чтобы доставить груз в Нью-Йорк, — разумеется, под охраной, чтобы ничего не пропало в пути.
Про Роджерса ходило немало слухов, и некоторые он, похоже, пустил сам. Но, насколько знал Уильям, лучше всего характеризовал Роджерса тот факт, что однажды он попытался засвидетельствовать свое почтение генералу Вашингтону, который не только отказался его принять, но и бесцеремонно вышвырнул из лагеря Континентальной армии, запретив появляться впредь. Уильям считал это происшествие бесспорным доказательством здравомыслия вирджинца.
Так, что теперь? На шлюпе убрали паруса и спустили на воду небольшую лодку. В ней был Роджерс, и он греб сам. Уильям насторожился, но все же вошел в воду и схватился за планширь, помогая Роджерсу вытащить лодку на песок.
— Какая приятная встреча, лейтенант! — Роджерс ухмыльнулся, щербатый, но самоуверенный. Уильям поприветствовал его коротко и официально:
— Здравствуйте, майор.
— Ваши ребята, случайно, не тайник с французским вином ищут?
«Проклятье, он его уже нашел!»
— До нас дошел слух, что в этом районе действуют контрабандисты, — сухо ответил Уильям. — Мы проводим расследование.
— Разумеется, — любезно согласился Роджерс. — Сэкономить вам немного времени? Попробуйте с другой стороны… — он обернулся и мотнул подбородком в сторону нескольких покосившихся рыбачьих лачуг примерно в четверти мили от них с Уильямом. — Оно…
— Мы там уже искали, — перебил Уильям.
— Оно зарыто в песок за лачугами, — закончил Роджерс, не обращая внимания на то, что его прервали.
— Весьма вам признателен, — сказал Уильям со всей сердечностью, какую только мог изобразить.
— Вчера вечером видел, как двое ребят его закапывали, — объяснил Роджерс. — Не думаю, что они успели вернуться.
— Я смотрю, вы наблюдаете за этим участком берега, — заметил Уильям. — Что-нибудь ищете? Сэр, — добавил он.
Роджерс улыбнулся.
— Раз уж вы об этом заговорили, сэр, то да. Бродит тут один тип, чертовски любопытный, все выспрашивает, вот мне и хочется с ним поговорить. Может, если вы или ваши люди обнаружат его…
— Конечно, сэр. Вы знаете его имя или как он выглядит?
— И то и другое, — торопливо ответил Роджерс. — Высокий, со шрамами от порохового взрыва на лице. Как увидите, сразу узнаете. Мятежник, и вся семья у него такая, родом из Коннектикута. Зовут его Хейл.
Уильяма будто ударили под дых.
— О, так вы его видели?
Роджерс говорил мягко, но взгляд его темных глаз стал настороженным. Уильям ощутил укол досады из-за того, что выражение его лица настолько легко прочитать, но кивнул.
— Он прошел через таможенный пункт вчера. Весьма болтливый малый, — добавил он, пытаясь вспомнить, как тот выглядел. Уильям заметил шрамы: щеки и лоб парня испещряли побледневшие рубцы. — Сильно нервничал: потел, и голос у него дрожал. Рядовой, который его остановил, думал, у него табак припрятан или еще какая контрабанда, и заставил вывернуть карманы, только ничего не нашли. — Уильям закрыл глаза и нахмурился, пытаясь вспомнить. — У него были документы… Я их видел.
Он действительно их видел, но лично не просматривал, поскольку был занят торговцем, который вез целую телегу сыров, по его словам, для британского армейского магазина. К тому времени, как Уильям закончил с торговцем, парень уже исчез.
— Человек, который с ним говорил… — Роджерс вглядывался в беспорядочно суетившихся на берегу солдат. — Который из них?
— Рядовой по фамилии Хадсон. Я позову его, если хотите, — предложил Уильям, — только вряд ли он расскажет что-нибудь путное о документах того молодчика — он не умеет читать.
Роджерс, явно раздосадованный, кивнул Уильяму, чтобы тот все же позвал Хадсона. Хадсон подтвердил слова Уильяма, но не смог вспомнить ничего, касающегося документов, кроме того, что на одной странице были какие-то цифры.
— И еще, как мне кажется, рисунок, — добавил рядовой. — Только я не заметил, что это было, сэр.
— Значит, цифры? Очень хорошо, — произнес Роджерс, потирая руки. — А он сказал вам, куда направляется?
