Когда французы проникли в глубь территории, расположенной между Ганой и Либерией, их поразило множество слонов, стадами привольно разгуливающих в саваннах и лесах. И они назвали страну Берегом Слоновой Кости. В 1893 году она была объявлена колонией. Энергичный отпор пришельцам смогло дать наиболее сильное и хорошо организованное мусульманское государство короля Самори. Поставив перед собой цель изгнать колонизаторов, Самори пошел на них войной и одержал ряд блестящих побед над французской регулярной армией и подкупленными местными племенами. Силы оказались, однако, неравными. В 1898 году в районе города Ман войско Самори было разбито, а сам он захвачен в плен.
Волнения и бунты продолжались в течение всего колониального периода. Население восставало против бесправия, чуждых ему порядков, против обязательного принудительного труда, введенного французами. Колонизаторы сначала насильно заставляли африканцев добывать золото, сок каучуконосных лиан, слоновую кость. Затем стали приказывать выращивать дефицитное тогда в Европе кофе и какао, позже ананасы, бананы, тропические фрукты. Тяжелый труд на плантациях оплачивался символически, урожаи доставались колонизаторам даром. Сохранились любопытные записи в конторских книгах тех времен. Я видел эти пожелтевшие скрижали полувековой давности, им впору стать музейными экспонатами. За месяц работы на плантации черный человек получал от белого набедренную повязку… Такая же такса — за добычу пятнадцати килограммов каучука, за пудовый бивень слона. Жестокая статистика.
Так проходили годы. Закованная в кандалы, без вины виноватая Африка отбывала по прихоти иностранцев долгий срок каторжных работ. Недовольство и непокорность строго наказывались. А между тем расфранченный капиталистический Запад вкусно и элегантно жил в своем комфортабельном двадцатом веже.
Дикие светло-серые слоны, которым страна обязана своим именем, пока еще водятся в здешних местах. Правда, за последние полвека слонов сильно поубавилось, их отстрел разрешается в исключительных случаях, а в огромном национальном заповеднике Буна охота запрещена вовсе. Изображение симпатичного слоника стабильно сохранилось на государственном гербе республики, на эмблемах торговых марок. Существует поверье, что слоны приносят счастье. Однако с народом страны, где их оказалось так много, этого не произошло.
Бивни слонов в наш век годятся только для антикварных магазинов. Сейчас никто всерьез этим промыслом в Береге Слоновой Кости уже не занимается. Респектабельные представители делового западного мира проворачивают здесь более солидные операции.
Берег Слоновой Кости стал первым в Африке экспортером ценных пород тропического дерева. Берег Слоновой Кости занимает второе место в мире по выращиванию ананасов, третье место по производству кофе и четвертое — по производству какао. Здесь добываются каучук, золото, алмазы, марганец… В министерстве планирования ответственные работники, в чьих паспортах, кстати, значится французское гражданство, охотно показывали мне огромные, как киноэкраны, диаграммы, где жирные кривые роста продукции неуклонно ползут вверх.
И в самом деле, деловая жизнь в стране резво бьет ключом. Авиалинии на Абиджан всегда перегружены, в столичных отелях трудно найти свободный номер, в порту — постоянная вереница судов, в городах растут новостройки. Прибывают и отбывают грузы, коммерческие делегации, отдаются финансовые распоряжения, — одним словом, сплошная карусель бизнеса.
На дорогах Берега Слоновой Кости я часто видел лесовозы, транспортирующие гигантские бревна красного и черного дерева. Бывал в рощах, где растут эти деревья высотой в пятьдесят метров. Такие стволы весят десятки тонн. Больше двухсот дефицитных древесных пород насчитали исследователи на территории страны. Владельцы лесопильного предприятия в городе Абоисо рассказывали, что вынуждены прекратить прием заявок на поставку пиломатериалов заказов набрано на год вперед… Твердый, как кремень, лес рубят старинными топорами-секирами, режут дисками электропил — рубят и режут до двухсот тысяч кубометров в год. С 1900 года вырублено около девяти миллионов гектаров леса, что дало свыше пятнадцати миллионов кубических метров дорогой древесины. Трудно сказать, надолго ли хватит лесных богатств. Это будет зависеть от дальнейшего роста вверх кривых по истреблению лесов, которых осталось всего тридцать миллионов кубических метров.
