- Юидай разложил армию, а келькурусы уничтожили прогнившие останки. В Инакаве были собраны все, кто еще хоть как-то мог называться воином, и теперь у местных правителей вместо солдат осталось такое отрепье, что действительно мерзко марать о них руки. Но эвакуацию мокрицы грамотно провели. Никого ведь в городе не осталось?
- Хоть с чем-то трусы справиться сумели. Город пуст. Ни стариков, ни нищих, ни инвалидов. Вывезли всех.
- Императорский указ номер шесть - об особой ответственности за жизнь и здоровье граждан, - по-свойски встрял в разговор командующих самый бравый из капитанов, сопровождавших генерала. - Если бы наместник бросил нищету и стариков, почтенный Кано-сама выразил бы ему свое неудовольствие, а без личной армии после такого только ножичек подточить да принять ответственность.
- После всех потерь, что понесла страна Водопадов за последние тридцать лет, - кивнул, ухмыляясь, генерал, - вполне естественно для правителя беспокоиться из-за того, что людей в стране не осталось. Город-то, скорее всего, и без нас был вымершим четверти на три.
- А теперь вот вовсе не осталось ни единой живой души. Сейчас, дайте одно мгновение! Предсмертное хокку этому городу будет звучать как...
- Есть в этом городе живые души, - заявил вдруг воин-дракон.
- Что?! Сенсоры водопадников облажались?
- Нет. Пара бродяг подошла уже после завершения эвакуации. Молодая генетически измененная девушка и ребенок, по виду обычный. Расположились в одном из домов на ночлег. Девушка или сумасшедшая, или... еще хуже. Сенсор докладывал, что она создана по модели первых поколений.
- Бесполая служанка богачей?
- Да, господин генерал. Возможно, это горничная-телохранитель, но слишком уж мирное впечатление она производит. Лично у меня есть подозрение, что нам попалась обыкновенная нянька, лишние органы которой были удалены только для того, чтобы избавить благородных господ от незаконнорожденных сыновей, а леди - от стрессов и ревности.
- В таком случае дефекты разума у нее могут быть какие угодно, - сказал капитан. - Что там в ее череп при создании было заложено да какие травмы она могла получить в награду за верную службу, известно одним богам. Бывает, боевые биоформы живут в своем собственном мире, с только им самим понятной логикой и взглядом на вещи.
- Подаришь покой ее несчастной душе, Масаясу?
- Я не любитель творить расправу над женщинами и детьми, мой генерал, но бесполая может таить немало сюрпризов, так что негласный долг командующего велит мне принять на себя тяжелый удар. Я оценю угрозу и ликвидирую ее. Райдзин-сама, смиренно прошу вас предоставить мне и моим людям сопровождающего, что покажет дом, в котором затаилась нежданная гостья этого несчастного города.
Солдаты располагались на отдых в соседних домах, крушили и грабили все вокруг, но этот дом не тронул никто. Шиноби селения Грома повесили над входом в него полотнище со знаком "охраняемый", и самураи даже близко не подошли к территории, право собственности на которую заявило командование.
- Словно гордая скала посреди потока кипящей лавы, - капитан, за которым следовали еще двое бронированных великанов, вошел во двор дома и задержался на мгновение, чтобы полюбоваться островком тишины посреди грохочущего хаоса разрушения. - Я бы даже хокку сочинил, но что-то вдохновения нет. Все равно никто не ценит.
- Позвольте открыть вам дверь, господин? - один из самураев, убедившись, что дверь заперта, замахнулся ногой.
- Стой! Мы же не дикари, чтобы так вламываться в чужое жилище. Сейчас все сделаю сам. - Капитан приблизился к двери и осторожно, стараясь не попортить доски и обивку, постучал в нее в нее шипастой латной перчаткой. - Эй, хозяева! Пустите усталых путников переночевать!
Оценив шутку, сопровождающие капитана самураи басовито и приглушенно засмеялись, но смех их резко оборвался и сменился полным изумления молчанием, когда замок на двери щелкнул, открываясь, и дверь широко распахнулась перед ними.
Если не можешь победить врага - присоединись к нему.
Кицунэ, руководствуясь этим общеизвестным высказыванием давних, сделала все, чтобы не провоцировать шиамов на немедленную атаку. Нужно было попытаться притвориться одним из них, по крайней мере изменить цвет кожи, но проблема оставалась в том, что никогда в своей жизни девочка-оборотень не видела близко ни урьяра, ни фарьяра. Катастрофа? Но один относительно темнокожий человек был с Кицунэ рядом с самого момента ее рождения. Хозяин.
Химарьяры, как верные сторонники шиамов, живущие на чужой территории, получили от светлокожих рас по полной и обратились для темнокожих в самых настоящих мучеников. В доказательство жестокости и беспощадности расового врага. В этом было спасение для Кицунэ. Не будет же теперь один из шиамов нападать на мученика-химарьяра?
Кожа оборотницы обрела ярко выраженный серый цвет, радужки стали ядовито-желтыми. Длинные светло-коричневые волосы, типичные для келькурусов, были сброшены и вместо них отращены короткие черные. Почему короткие?
