- Рад, что вы рады, - сказал Кадзухиро, мечник Кровавого Прибоя, поднимаясь с бревна и забрасывая рюкзак с поклажей себе за спину. - Но шиамы не отступятся так просто. Уходим отсюда, живо!
- Не беспокойся, милый, - мелодично пропела Нуэ. - Если какой-нибудь негодяй посмеет приблизиться, мои малыши сразу же это заметят, и я утоплю злодея в гендзюцу!
- Штурмовое дзюцу будешь в своих иллюзиях топить! Здесь не город, заметив костер, шиамы без лишних раздумий шарахнут по нему чем-нибудь тяжелым, и только когда утихнет пожар, войдут в радиус действия твоих божественных сил, чтобы поискать божественные останки!
- А потому, - Кэндзо сгреб в охапку и бросил в костер весь оставшийся хворост. - Разведем огонь поярче и удалимся от него как можно дальше!
Подозрения Алых Теней полностью оправдались, о чем сказал гулкий, раскатистый грохот, донесшийся до них со стороны лагеря спустя всего минуту с момента ухода темной компании.
- Уже нашли? - с удивлением всплеснула руками Нуэ. - Шустрые какие. Может, еще и преследовать будут?
- Едва ли, - разочаровал ее Кадзухиро. - По следам они легко определят, сколько нас и что движемся мы куда быстрее бронированной пехоты. Послать за нами шиамы могут только ниндзя, но я готов дать гарантию, что воин-дракон Грома уже догадался, с кем имеет дело, и не захочет впустую терять людей.
- И уже никто не поверит, что ту маленькую кровавую резню устроила златохвостая лисица. - Нуэ состроила гримасу обиды и разочарования. - Какая жалость! Мне надо больше тренироваться в актерском мастерстве.
"У вас скоро появится прекрасная возможность для практики, Нуэ-сама, - прозвучал в сознании творца иллюзий голос шпиона жителей тьмы, что с небольшим отставанием следовал за Алыми Тенями. - Высшее руководство кое-что затевает, и вам, моя госпожа, предлагается в этом спектакле ведущая роль".
"Веселья будет много"? - навеяла Нуэ слуховую галлюцинацию на шпиона и тотчас получила ответ.
"Больше, чем кто-либо может ожидать!"
"А вы не боитесь активно действовать, друзья мои, когда людям на помощь пришла самая настоящая богиня с пушистым золотым хвостом?!"
Шпион жителей тьмы и хозяйка проклятого острова одновременно навеяли друг на друга слуховую галлюцинацию, полностью состоящую из продолжительного гомерического хохота.
Волнения в лагере шиамов мало-помалу утихли. Информация о нападении и потерях была донесена до всех, капитаны перераспределили командные посты, и вся огромная армия снова замерла. Нападение? Жертвы? Гибель командования? Война есть война...
Хруст снега и каменного крошева под латными сапогами проходивших мимо солдат заставлял Кицунэ замирать от страха и теснее вжиматься в тень от полуразбитого дома. Она прекрасно понимала, что шиамы не причиняли ей вреда до сих пор только по прихоти капитана Масаясу. Что же теперь будет с малолетними чужаками, когда их грозный покровитель погиб? Не сочтут ли взбешенные шиамы, что эти двое были шпионами чудовищ, убивших так много их братьев по оружию?
Гибель человека, что был добр к ней. Страх от угрозы расправы. Ужас перед чудовищами, что внезапно нападают на людей и устраивают кровавую резню, не щадя ни врагов, ни своих собратьев. Все это обращалось в слезы, падающие из глаз маленького оборотня и скользящие по его щекам. Та жуткая безликая бестия, что командовала демонами, она оказалась здесь случайно и напала только для того, чтобы убивать шиамов? Едва ли. Такасэ Мей, злая синяя мурена, рассказала Черной Тени, где последний раз видела Кицунэ, и чудовища устремились в погоню. Так же как те двое монстров, что напали на группу путников, пробирающихся лесами к замку принца Кано, эта тварь приходила за Кицунэ. Шиамы просто оказались у нее на пути, так же как в прошлый раз на пути Алых Теней оказались шиноби группы Бенджиро и стражи леди Хикари. Вот только в прошлый раз чудовища не были так разъярены, как сейчас. Капитана Масаясу и сотни его солдат погибли. Их захватила смерть, которую Кицунэ несет на своих плечах.
Несчастная девчонка с трудом подняла трясущуюся руку и провела грязной ладонью себе по лицу, размазывая слезы по щекам.
Хруст снега стал громче, и темная, массивная фигура встала перед забившейся в угол Кицунэ. Великан-храмовник сквозь прорези стальной маски смотрел на маленького оборотня и девочку-крестьянку.
- Каннуси-сама? - Кицунэ с трудом подняла голову.
- Я искал тебя. Один ты погибнешь.
Кицунэ словно не слышала его слов.
- Каннуси-сама, можно попросить вас о еще одном одолжении? - спросила оборотница. - Посмотрите... посмотрите, нет ли на мне проклятия? Я... я проклят. Все, кто подходит ко мне близко... погибают.
Жрец мгновение помедлил, а затем поднял руку и... погладил Кицунэ по голове.
