— Сделать? — Трентон положил дневник обратно в ящик стола. — На время возьму тебя в Спрейстоун.
— В Спрейстоун? — Ариана вздрогнула. — Почему?
— Потому что собираюсь там пожить, и ты, моя жена, поедешь туда тоже.
— Нет, — вырвалось у нее, прежде чем она успела сдержаться.
— Нет? — повторил Трентон, будто ему не было знакомо это слово.
— Я… я не хочу покидать Броддингтон, — запинаясь, пробормотала Ариана, чувствуя, что она тонет. — Я только начала привыкать к нему.
— Ты также привыкнешь с Спрейстоуну. Мы уезжаем завтра рано утром. — Трентон указательным пальцем приподнял ее подбородок. — Что-нибудь еще?
Ариана, не поднимая глаз, рассматривала суровые морщинки, пролегавшие вокруг рта мужа.
— Дастин поедет с нами? — нерешительно спросила она.
— Нет. Завтра на заре Дастин возвращается в Тирехэм.
— Понятно. — Сердце Арианы упало, и она покорно сказала: — Хорошо. Я скажу Терезе. Мы будем готовы к отъезду после завтрака.
— Тереза останется в Броддингтоне.
Теперь в голове Арианы словно что-то взорвалось.
— Что?
— Ты меня прекрасно слышала. В Спрейстоуне нет помещений для слуг. Он чрезвычайно скромен по своим размерам и оформлению. Тереза останется здесь.
— Почему ты так поступаешь? — выдохнула Ариана, всматриваясь в его лицо в поисках ответа.
Какой-то проблеск промелькнул за железной маской Трентона и исчез.
— Броддингтон — моя собственность. Спрейстоун — мой дом. Я собираюсь вернуться домой и намерен взять тебя с собой. Мне кажется, все ясно.
— Ты наказываешь меня за то, что я прочла дневник?
Его губы с горечью скривились.
— Ариана, если бы я наказывал тебя, ты знала бы об этом.
— Но ты заставляешь меня ехать с тобой.
— Рассматривай это как свадебное путешествие. — Трентон повернулся и направился к выходу, бросив напоследок: — Советую тебе прямо сейчас начать упаковывать вещи. И, Ариана? — Он помедлил в дверях, и от его голоса повеяло ледяным холодом. — Не вторгайся больше в мои личные дела.
Вздрогнув при звуке захлопнувшейся двери, Ариана обхватила себя руками, стараясь унять дрожь. Боже, что она наделала? Извлекая из небытия дневник Ванессы, она, вместо того чтобы разобраться в прошлом, еще больше осложнила настоящее.
Ариана крепко сжала губы, ей хотелось побить себя за глупость и беспомощность. Интуиция подсказывала, что именно этот последний ее поступок вывел Трентона из себя. Бог знает, что он замышляет теперь. И на какую жестокость он способен. С ее стороны будет безумием сопровождать его в этот уединенный уголок. Но есть ли у нее выбор, если побег совершенно невозможен?
Но, нравится ей или нет, завтра утром она уезжает на пустынный остров Уайт. Одна… с Трентоном.
— Почему ты встречаешь эту новость так спокойно? — возмущенно спросила Ариана, бросая два своих платья на кровать.
Тереза задумчиво закусила губу:
— Я не советовала бы брать эти платья, милая. Они слишком теплые для такого времени.
— Что? — Ариана бросила нетерпеливый взгляд на одежду. — Мне наплевать, какие чертовы платья я беру, Тереза! Ты понимаешь, что я тебе говорю?
Тереза спокойно кивнула, ее не удивило столь резкое проявление раздражения хозяйки.
— Я слышала все, что вы сказали, ваша светлость. И вполне понимаю ваше огорчение.
Ариана бросила на Терезу недоверчивый взгляд:
— Мое огорчение? Человек, который, по всей вероятности, убил мою сестру, тащит меня в уединенное поместье, а ты называешь мое состояние огорчением?
— А, понимаю. — Тереза заправила похожую на проволоку прядь волос в поникший узел. — Вы снова сомневаетесь в своей интуиции. Она неосязаема. А дневник Ванессы уже нечто реальное.
— «Ничто не заставляет человека подозревать дольше, чем недостаточное знание», — процитировала Тереза Бэкона, продолжая в то же время упаковывать вещи. — Существование дневника — непреложный факт, но написанное в нем можно воспринимать по-разному…
— Но если бы ты прочла его…
— Он подтвердил бы то, что я уже знаю. Что ваш супруг лишил покоя леди Ванессу, что он сильно досаждал ей, что герцог изменчивый, властный и способный на сильные чувства человек.
Ариана сжала руку Терезы:
— Точно такими словами Ванесса описывает Трентона.
— Да, я знаю. — Тереза нахмурилась и разгладила свой фартук. — Где же то прелестное летнее платье персикового цвета. Могу поклясться, что погладила его.
— Ты знаешь, — повторила Ариана, словно громом пораженная. — Ты видела дневник, Тереза? Ты читала его?
Тереза, склонив голову, посмотрела на Ариану своими проницательными птичьими глазами.
— Я видела его, да, но никогда не держала в руках.
— Что это значит?
— Это значит, что я видела дневник бессчетное число раз, но только в своих видениях. Итак, видела ли я его? Да… видела. И, тем не менее, другие станут возражать и утверждать, что не видела. — Она улыбнулась и потрепала Ариану по щеке. — Подобным образом дела обстоят со словами Ванессы… и виной герцога. Как я уже говорила, представление о чем-то способно зачаровать и может меняться в зависимости от точки зрения, но часто действительность оказывается не такой, как кажется.
— Я боюсь ехать с ним в Спрейстоун, — призналась Ариана и сжала руку Терезы.
