- А вы как думали? Это вам не мороженое за мамин счёт кушать, а дело делать, работать в системе советской торговли! Учитесь, студенты! Пригодится!
Наука Гарегина Нахапетовича, Марфы Семёновны, а так же Адалата Азизовича и прочих бойцов и командиров видимого и закулисного фронтов торговли, выпускникам торгового института пригодилась и очень даже скоро.
- Торговый работник - это звучит гордо! - вручая дипломы выпускникам торгового института, говорил выспренные речи декан их факультета организации торговли. - Высоко держите знамя работника советской торговли! Будьте умелыми, грамотными, честными и всегда помните, что ваша главная задача - выполнение планов, поставленных перед нами нашим советским народом!
Потом был роскошный банкет в ресторане, закончившийся далеко за полночь.
Хотя праздновали в отдельном банкетном зале, но танцевать выходили в зал общий, где был оркестр.
Прочие посетители ресторана в этот вечер с завистью смотрели на ярко и дорого одетых в модные непременно заграничные костюмы и платья молодых людей и с завистью перешептывались: "торговля гуляет!"
Со Смушкиным у Клеймёнова была дружба. Оба, когда женились, были свидетелями друг у друга на свадьбах. Детьми стали обзаводиться примерно в одно и то же время.
Но из друзей во врагов превратились они в одночасье.
И произошло это по самой банальной причине: когда Клеймёнова "замели", взятку за закрытие дела попросили менты безбожно высокую.
Матвей обратился за помощью к друзьям.
И первым из друзей, кто отказал Матвею в помощи и не дал денег, был Сергей Борисович Смушкин.
Отказал, отведя глаза, со словами "извини, но сейчас нет денег - я же новую мебель купил и дачу начал ремонтировать".
Словом, нужной суммы Клеймёнов не набрал на взятку следователю и получил серьёзный срок.
Смушкин же трактовал ситуацию иначе. Попросту врал. Пожалел Смушкин денег, да и не на мебель и дачу он потратил свои сбережения, а купил на всю наличность дойчмарок. Была мысль -уехать куда-нибудь в Европу.
Потом место будущего постоянного места жительства конкретизировалось. Это Чехия. Уже был найден домик на окраине Праги, уже Смушкин с женой определили, где будут учиться дети. Уже было готово практически всё для переезда. Но дальше произошло событие, которое никто не мог предвидеть - подвернулась возможность купить за очень небольшие деньги фактически целый опытный завод одного из ликвидированных научно-производственных объединений оборонного комплекса бывшего СССР.
И Смушкин решил отложить переезд - уж больно сладким был вариант приобретения этого объекта, расположенного в одном из центральных районов города.
Смушкину одному денег на это немного не хватало и он предложил войти в долю знакомому валютному спекулянту, услугами которого пользовался уже очень давно.
На тот момент это господин-товарищ-барин по фамилии Костюк, начал раскручивать достаточно новую на тот момент тему - тему обналички, то есть превращение безналичных денег в наличные купюры. Прибыли были очень даже неплохими - порядка двадцати процентов можно было получить при наличии знакомых в банках или на рынках или, как у Костюка, в церкви.
К тому времени православная церковь получила огромные преференции у тогдашнего восшедшего на престол правителя РСФСР - Ельцина. Церковь получила едва ли не монопольное право на ввоз спирта, просто алкоголя, табака и медикаментов. Деньги у финансовых церковных начальников были просто шальные, они одни из первых начали организовывать не только карманные банки, но и целые торговые сети для сбыта ввозимых товаров.
В те времена в розницу торговали только за наличные деньги и, если есть спрос на наличные, как на товар, то почему бы не продать этот товар с неплохой прибылью и заработать не только для епархии или митрополии или патриархии, но и на карманные расходы иерархами, которые курировали церковные бухгалтерии! Костюк был женат на дочери одного из таких церковных генералов.
Одним словом, Костюк добавил своих денег и новые компаньоны стали обладателями целого завода и арендаторами на сорок девять лет земельного участка под ним площадью в несколько гектаров. Земля тогда еще не продавалась и была государственной собственностью. По договоренности между компаньонами они сильно не заморачивались в части инвестиционной программы, которую они, как новые владельцы предприятия, обязаны были исполнить по обязательствам перед государством и трудовыми коллективами приватизированных предприятий, то есть вложить свои или привлечённые средства в развитие завода. Костюк и Смушкин, не мудрствуя лукаво, планировали через небольшое время просто перепродать завод с прибылью, разумеется.
Их расчет частично оправдался - отчеты об инвестиционных программах сдавались исправно, как и поступали новые, подобные Смушкину с Костюком, владельцы по всей стране, но денег в свою собственность никто не только не вкладывал, а деньги вынимались вначале из оборота приобретенных предприятий.
