Смушкин тогда проконсультировался как с юристами, так и со знакомыми "авторитетными бизнесменами" в лице одного депутата городского совета, (а другой консультант был просто бандит, но знавший нравы тогдашнего бизнеса досконально).
Причем оба в один голос посоветовали согласиться, поскольку, по их информации, предложение поступило на самом деле не от банка, а от некоего очень могущественного лица из властных структур, а банк лишь выступал посредником сделки и, в случае отказа у Смушкина просто отобрали бы его пакет акций вплоть до силового варианта.
А что такое силовой вариант в первой половине 90-х, Смушкин знал не понаслышке. Поэтому согласился и получил в результате практически те же деньги, за которые и был куплен им куплен заводской пакет акций без учета вложений Костюка.
Костюк же вышел из сделки без копейки в кармане. Правда, живой.
Он звонил потом несколько раз Смушкину, извинялся, униженно пресмыкаясь и просил дать денег или взять в дело опять.
Но единожды солгав, кто ж тебе поверит!
И Смушкин, таким образом, лишился очередного партнера. С той поры он дал себе слово, что отныне будет вести дела только в одиночку. И этого принципа с той незабвенной поры он придерживался всегда.
Вот такие воспоминания извлекала память Сергея Борисовича Смушкина в период вынужденного безделья. От недостатка деятельности стала возвращаться тревога. Под ложечкой проснулась и начала развиваться тяжесть, переходящая в спазм, как предвестник стресса. Смушкин стал плохо спать. Появились сомнения в части выполнения договоренностей директором АСД-квант об особых условиях. Булкина, которой каждый день к вечеру звонил Смушкин, сообщала, что заявок на участие в аукционе нет.
Так закончилась неделя.
Проползли, зияя пустотой и бездеятельностью, выходные.
Раны почти зажили и перевязки были более не нужны.
Приближалось католическое Рождество.
Двадцать второго числа к вечеру заехала Галина.
Елена приготовила что-то из закусок, Смушкин достал коньяк и водку.
Галина предпочитала водку, Смушкину же пить не хотелось вообще, вдобавок, он с давних пор знал, что алкоголь в период душевной смуты вызывает у него не эйфорию, а вгоняет в депрессию и дело может кончиться запоем, что некогда и случалось и возвращения чего очень опасалась Елена.
- Галина, пора тебя стыковать с нашим членом-корреспондентом! - наливая вторую рюмку гостье, сказал Смушкин.
- С корреспондентом - согласна, а член надо посмотреть, - медицински-цинично скаламбурила Галина.
- Я серьёзно. Что-то мне подсказывает, что вам нужно в ближайшее время встретиться и обсудить твою идею.
- Не вопрос. - звони хоть завтра.
- Я и сейчас могу позвонить Моисеевичу.
Галина выпила рюмку, вкусно похрустела маринованным огурчиком и махнула рукой в знак согласия.
- Давай, звони! Как его там по имени отчеству, твоего члена-корреспондента?
- Захар Абрамович.
Моисеевич ответил после пятого гудка.
- Добрый вечер, Захар Моисеевич! Не поздно беспокою? - вежливо поинтересовался Смушкин.
- Добрый вечер, Сергей Борисович! Да не очень. Как ваши дела, как здоровье?
- Нормально, заживает, через пару-тройку дней планирую прибыть на службу.
- Не торопитесь. Лечитесь. Вы главное дело уже сделали - конкурс объявили, за что вам спасибо. Так в чем ваш вопрос?
- Рядом со мной находится очень милая дама, доктор биологических наук Матвеева Галина Юрьевна. Она работает в НИИ микробиологии и имеет к вам деловое предложение. Вы не возражаете, если я передам ей трубку?
Моисеевич немного помолчал и согласился.
Галина взяла смушкинский смартфон и ушла с ним в смушкинский кабинет, предварительно спросив разрешения у хозяина, получив таким образом его согласия на уединение с целью сохранения конфиденциальности.
Минут через десять она вернулась.
- Всё нормально. Завтра я к нему поеду. О деталях поговорить. А в принципе он даже удивился, что так классно получилось.
- За это следует выпить! - Смушкин налил Галине очередную рюмку водки, жене Лене - кьянти в фужер, себе же воды. - За будущие дивиденды!
- Я не буду пить, пока не скажете, про какие дивиденды речь! - надулась Смушкина.
- Ленка, пока это секрет, чтоб не сглазить. Но дело касается и твоей конкретной выгоды, поверь мне, подруга, я же тебя люблю больше даже, чем твой благоверный! - ответила Галина.
Выпили все.
Галина наклонись к уху подруги и стала что-то шептать друг дружке.
Смушкин встал и со словами:
- Пойду кофеварку подготовлю, пока вы тут секретничаете.
Жена только махнула рукой - иди, мол, дорогой, не мешай общаться.
Смушкин открыл новый, доставленный на днях курьером пакет кенийского кофе, засыпал порцию в кофе-машину, залил отфильтрованной воды в водный резервуар машины, достал из посудомоечной машины свежевымытые три комплекта кофейных чашек и блюдец красного цвета в белый горох, словом, приготовил процедуру варки кофе. Потом включил кухонный телевизор. Нашел программу Евроспорт. Показывали чемпионат мира по снукеру. Играли Трамп и Хиггинс. Вёл Трамп.
В дверном проёме возникла Елена. Принесла грязную посуду. Поставила в мойку.
