Михаэль поднялся с кровати и медленно подошел к зеркалу, будто боясь того, что оно покажет. Нет… бездна еще не коснулась его. Конечно, при такой внешности трудно увидеть сияние призрака, но Михаэль был уверен, что цел. К сожалению. Подойдя ближе, он с неудовольствием посмотрел на нос — тот сросся неправильно, исказив безупречную гармонию черт. Ходили слухи, что в одном из боев правительница империи сломала нос Королю.
— Беспочвенные слухи. — Услышав знакомый голос, Михаэль резко обернулся. — Не ждал?
Темный король, не выносящий первого слова в своем неофициальном титуле. Властелин земель востока и каждого человеческого сердца, существо, проклявшее эльфов и получившее вид вампиров. Он называл себя Богом, хозяином Мосант, творцом. Михаэль знал, что это правда. Темный король — а в миру Майриор Десенто — действительно создал многое. Михаэль знал и других существ, оставивших след в Мосант. Он даже догадывался, что где-то там, за изнанкой мироздания, существуют другие боги.
— Здравствуй, — сдержанно поприветствовал Михаэль владыку. Единственный в Мосант, к кому кронпринц относился с опаской. Майриор Десенто хуже смерти: старуха с косой, нанеся удар, отпустит, а Король будет играть вечно, даже когда пройдет четвертое перерождение и душа, истончившись, порвется.
— Я всегда буду здравствовать. Какое смешное пожелание.
Михаэль улыбнулся.
— Да, ты прав.
Король относился к кронпринцу со своеобразной любовью. Причины Михаэль не совсем понимал. Однако общались они без ненужных почестей. Осторожно, с желчью, угрозами…
— В отличие от тебя, — напомнил Майриор. — Скажи, ты действительно пытался убить Лету?
Инколоре — она как Ливэйг. С первой Михаэль тоже пытался сблизиться, но безрезультатно.
— Леди Валетта бессмертна. Разумеется, нет. Я тянул время. На нее напал Марко Вэйрон, пусть мстит ему.
Король беззлобно расхохотался. Михаэль не смотрел на него. Владыка напоминал о свадьбе в Верберге и Аделайн.
— Зачем ты пришел?
Майриор Десенто — единственный в мире, кто внушал ему страх. Король был слишком сильно похож на отца, Нёрлэя. Михаэль с трудом мог вызвать его образ, они не интересовались друг другом. Нёрлэй крайне редко находил время для сына. И все же нынешний кронпринц помнил, как вальяжно тот сидел в кресле, закинув ногу на ногу. Подобно Королю.
— Пытаюсь кое-что понять.
— Что?
— Откуда идет перезвон хрусталя, — буквально по слогам произнес Майриор. — Каждую ночь, уже много лет. Интересная загадка. Ответ ищу дольше, чем он того заслуживает. Напоминает твои отношения с…
«Если скажет «Аделайн», то получит лунный свет в лицо», — подумал Михаэль, разминая пальцы. О каком хрустале идет речь, он не знал и даже не догадывался.
Продолжать Король не стал. В руке владыка крутил одно из колец — круг из белого золота. Украшение испускало ласковое сияние, подобное тому, что текло в жилах императорской семьи, ослабевая с каждым поколением. Сэрайз не будет жить вечно без помощи целительниц. Михаэль же обречен на долгое угасание и болезни, с которыми организм медленно, но справлялся. В отличие от души.
— Больше ничего не хочешь спросить? — уже серьезно спросил Король. Михаэль медленно покачал головой — Майриор встал. Мантия владыки скользила по полу, оставляя свечение. В вырезе не до конца застегнутой рубашки проглядывал шрам, поверх которого болтался амулет — полумесяц и меч. Герб Синааны. Король резко отвернулся к окну и сложил руки на груди.
— Даже насчет прошлой жизни Сэрайз?
— Не хочу знать, кем она была, — холодно отозвался Михаэль.
— Почему? Не волнуйся, она была мужчиной и не оказывалась в твоей постели. А первое рождение ты не успел застать.
Михаэлю стало легче — прозвучала правда. Король никогда не говорил иного — не видел причин для лжи.
— Я умру до конца?
Как сильно уставшее сердце просило ответа.
— Возможно.
«Воз-мож-но». Три движения губ озвучили приговор. Плюс один: даже переродившись, Михаэль ничего не будет помнить. Какое-то время. Кронпринц с хрустом сжал кулак.
— Ты говорил, что моя душа повреждена.
— Именно.
— Что в ней нет половины, осталось только…
— В точку!
Майриор театрально раскинул руки. Комната озарилась лунным светом. В глаза вновь бросился амулет.
— Друг, идея души принадлежит не мне. Я усовершенствовал, не более. Я не знаю, как поведет себя ее половина. Соединится со второй, может. Или растворится. Или продолжит жить. Самому интересно. Было бы забавно получить Клинок с памятью кронпринца Хайленда, — губы владыки самодовольно изогнулись.
— Мое прошлое перерождение было мужским. Следовательно, остальные будут женскими. Я должен как-то связать твое желание и этот факт? — с каменным лицом спросил Михаэль. Про любвеобильность Короля ходили легенды. «В чем-то мы схожи», — признал Михаэль. Внешность, характер… Подчас он думал, что сошел с ума и разговаривает с двойником.
— Нет.
— Отлично, — кронпринц потянулся к стоящим рядом графину и стакан. Теплый бархат лег на язык без горчинки. — И все-таки, зачем ты пришел?
Король ловко материализовал в руке изящный бокал. Михаэль догадался по виду — белое вино, любимый напиток Мару.
