Это сборник очень разных, но написанных в одном авторском стиле, рассказов. Темы, герои, обстоятельства современны, вполне реальны, но, в то же время, нестандартны. Здесь ставятся вопросы об экологичности отношений, искренности и «показухе», о сомнениях, вере, доверии миру, не/стандартах, стереотипах и том, что Значимо. Дошкольник Елисей, мстительный бармен, слишком гуманный врач, некто «среднестатестический», Ольги… Как не сбежать из офиса мечты? Как помочь тому, кому помочь нельзя? Как, собственно, бросить бросать?! Иногда истории несколько фантастичны, но и слишком похожи на нашу реальность. Автор обложки – Купенко Игорь
– И ещё, пожалуйста, один вопросик… – родители недовольно посмотрели на неё, – Кх, буквально минута!
В свои двадцать (с хвостиком) она вдруг сама почувствовала себя школьницей перед этими важными и серьёзными людьми, которые спешат по своим серьёзным и важным делам, а она ещё их тут смеет задерживать. Хорошо хоть, что это не её родители, а её учеников. Будущих… Завтрашних!
Бабушка, тоже учительница, рассказывала, что раньше родитель и ученик были на одной стороне. Ученик старался, опасаясь жалобы учителя маме или, того хуже, папе. А теперь учителя трясутся, как бы не пришли его «строить» родители: «Почему у нас четверка? У нас всегда было пять!» Как бы не нажаловался кто директору, что учитель помешал на уроке играть в телефоне!
Дети, родители, руководство, которое не помогает, а только заваливает какими-то формальными делами, планы уроков, зарплата… пока против молодого специалиста всё! И диплом твой, хоть и красный, никого не интересуют. А возрастные коллеги только удивляются, мол, зачем ты в школу пришла? «Тут пока адаптируешься – год от детей заражаться будешь!» Наверное, боятся конкуренции. И знакомые крутят у виска…
– На линейке нужно прочитать стих! Стишок, – она судорожно глотнула воздуха, – Если есть желающие, то текст я пришлю на «мэйл».
Немая сцена сменилась неожиданным оживлением – все бросились к ней с криками: «Мой! Моя! Да мы так прочитаем!! Нет, мы!..»
Под натиском добровольцев, на который совсем не рассчитывала, учительница попятилась.
– Мы с пяти лет ходим в театральный кружок!
– А мы выступали в детском саду на выпускном!
– Вот теперь дайте и другим людям… детям выступить! И ваш же картавит!
– Нет, мы ходим к логопеду, нам нужна практика! Театральный кружок, ага! Старшую там ждёт! Постыдились бы!
– Это я бы постыдилась?! У нас с трёх лет языки! Да мой Елисей хоть на английском стих, хоть на немецком!
– А мой заговорил в год!
– Леночка Анатольевна, моя в модельной школе с лета – ей нужно на сцену!
– На панель! На панель ребенка готовит! Ей не стихи читать надо, а Библию!
– Да я вас прокляну!..
– Анатольевна, я в том году на ремонт пятеру сдал – спросите у директора!
– Да потому, что ваш хулиган класс подпалил! Леночка, и младшая у него не лучше…
– Точно – она моего Толика…
– ПОДОЖДИТЕ-ОСТАНОВИТЕСЬ-ХВАТИТ!
То ли второе дыхание открылось, то ли нервы сдали. «По местам! – а может быть, бабушкины гены от стресса проявились:
– Пожалуйста… Гм, тааак. Тут и до драки недалеко… Сейчас решим, – она набрала номер шефа, – решит!
Жаль, что она сама ещё с детьми не знакома, а директор ведь принимал «экзамен»… Ну, то есть, понятно, в первый класс экзаменов нет, это и незаконно, наверное. Но в некоторых школах всё-таки есть. Особенно в гимназиях.
После паузы в трубке, пока босс просматривал файл класса, а родители держали скрещенными пальцы, все услышали ответ: «Стих поделить на три части: Иванов, Петрова, Симукян».
– И тут всё куплено! – отец-меценат хлопнул дверью.
– Мы ещё можем забрать документы!– пригрозила мама модели, уходя, – И в английскую школу! Но её никто не останавливал. – Ладно, господа, сегодня пришлю каждому, – развела руками Елена, – Его две строчки.
***
– Елисей, сюда! Быстрей прыгай! Сюда улыбайся, я сказала! – фото с тегом «первыйразвпервый», прямой фоторепортаж! И всё на лету из-за этой маникюрши! Говорит, что ещё никогда не делала маникюр шестилетнему, тем более, мальчику. Но у ребенка событие – это вам не первый раз во второй класс, – Так, да куда ты прёшь? Дай проехать – ребенок в машине!.. Елисей, давай ещё раз твои строчки.
– Ну, маа! – сегодня у него будто и не праздник. Ему б, конечно, только в покемонов играть! – Сто раз повторяли…
– Это твой звёздный час, понимаешь? От этого момента вся твоя дальнейшая жизнь зависит! Школьная, – кое-как припарковавшись, поправляет искусственные ресницы, – Побежали! Ты же… в театральный этот, чтоб его! Не опозорь, ой! – каблук завяз в грязи. Такой дождь, что линейка проходит в зале. А ведь вчера ещё было настоящее лето, но теперь погода печалится со школьниками.
Боялся Елисей сказать, что терпеть не мог ждать сестру в этом кружке, что только один раз его позвали поиграть – показать эмоцию мимикой и жестами. И никто не мог угадать, что он показывал гнев.
– Лена Анатольевна, – ответила она бодро в сотовый, – Мы уже!..
Впрочем, мама Елисея сама всё время, если не опаздывала, то прибегала впритык. Даже на самолёт. Даже к косметологу!
Они прыгали по вытоптанной дорожке, чтобы срезать путь к школе. Строчки прыгали в голове у Елисея, которая сегодня, как назло, ещё и болела – от волнения почти не спал всю ночь. «Вот бы в следующем году в школу, а не сейчас», – мечтал он о ещё целом годе свободы. Отцовский аргумент «раньше сядешь…» Елисея не утешал.
***
