– Ммм, может в 98-м году закончила школу? – задрав голову вверх, я пытаюсь до нее докричаться.
– Нет, мед! – орет она в ответ, глядя на меня сверху вниз. – Мет!
– Ммм, понятно, – невнятно говорю я, понемногу уползая в сторону и стараясь не попасть под каблук.
На более безопасном участке барной стойки ко мне подползает Алиев.
– Я в говно! – орет он мне в ухо.
– Молодец, – вяло говорю я, гладя рукой по стойке и делая неопределенные движения, не то кивая, не то отрицательно мотая головой.
Я замечаю, что нам машут руками Наташи. Они нашли свободный столик. Мы устало садимся за него. Они выглядят все так же. Я смотрю на телефон и думаю о том, что скоро пора ехать в типографию, а потом в аэропорт.
– Очень жарко тут, – говорит Наташа ростом повыше. – Мне очень жарко.
– Сочувствую, – говорю я. – Разденься.
– Нет, – говорит она, энергично мотая головой, – нельзя. Нельзя было надевать этот свитер. В нем очень жарко.
– Могу дать тебе свою рубашку, в ней не жарко, – без энтузиазма предлагаю я.
– Да? Ну а ты что, оденешь мой свитер.
– Конечно. Да я обожаю носить женскую одежду, – говорю я совершенно серьезно, – она очень удобная. – Подавшись вперед, я продолжаю. – Можем поменяться одеждой в туалете.
В туалетной кабинке грязновато. Я приподнимаю низ свитера Наташи-2. Из соседней кабинки слышны неприятные туалетные звуки.
– По-моему, это было ошибкой. Мне не подойдет твоя рубашка, – говорит она, отстраняясь.
– Да ты примерь. Тебе очень пойдет и будет не жарко, – убеждаю я, пытаюсь стянуть просторный свитер Наташи снизу вверх, но она держит руки опущенными и этим препятствует мне, – I need your clothes, your boots and your motorcycle, – говорю я шутливо.
– Нет. Пойдем отсюда, – в ее голосе звучит металл.
Я принимаю это спокойно. Засыпая на ходу, не попадая руками в рукава, я заказываю такси и еду в аэропорт. Полет проходит быстро и я не ем остоебенивший паштет от авиакомпании. Самолет садится мучительно долго, у меня сильно закладывает уши из-за перепадов давления.
День выборов проходит предсказуемо.
– Нельзя ли побыстрей? – говорю я противным голосом.
Азиат смотрит на меня не мигая. Его рот открывается и он что-то говорит. Кажется, на русском, но ничего не разобрать. У них какая-то своя жизнь. Где они живут? Тут же, блять, холодно. Я кладу фрукты в корзину и ухожу к кассе. В очереди у кассы представитель коренных малочисленных народов севера спрашивает у меня, не из Москвы ли я. Я отвечаю, что я из провинции, но чувствую себя польщенным. В этом магазине все полки в секции «ДЕТСКОЕ ПИТАНИЕ» заставлены острым соусом, кетчупом, горчицей и хреном.
Мне рассказывают, что еще в прошлом году здесь оплачивали дорогу в любую точку Земли, но теперь, с падением цен на нефть – только в любую точку страны. Этот бонус можно использовать раз в два года. Я не собираюсь работать дольше года, поэтому использую его сейчас. Я лечу во Владивосток на 1 день. Этого вполне достаточно. Мне кажется, я там обрету какие-то восточные практики. Может быть, стану буддистом и буду всех заебывать этой хуйней или типа того. 10 часов ожидания самолета до Хабаровска (там пересадка) в Москве надо как-то провести. Накануне я внимательно просматриваю «Город Интима» – лучший сайт по Москве. Я останавливаю свой выбор на шикарной брюнетке 22 лет, если верить фото, она похожа на Сабрину Салерно в молодости. У нее есть одна оценка (максимальные баллы за классику и МБР) и ни одного отзыва, анкета зарегистрирована 3 дня назад. Стоимость – 8 000 рублей. Я набираю номер и она почти сразу отвечает:
– Я в парикмахерской сейчас. Перезвоню вам позже, ладно?
– Давай.
Телефон звонит через час.
– Давай на завтра договоримся на 13 часов? – предлагаю я.
– Давай. Позвони только за полтора часа на всякий случай.
– Без проблем.
