– Я там прикольную телочку снял с «Русотдыха». На Васильевском острове. Похожа на Paige Owens, – снисходительно сообщаю я.
– А здесь че? Ради этого стоило лететь в Питер и тратить кучу денег на билеты? – Андреев тянется к солонке (то есть к перечнице).
– Ты что, совсем тупой, – говорю я раздраженно, – сто раз уже объясняли тебе. Ты хоть раз видел шлюх в провинции вживую? Это же пиздец. Жирные маргиналки.
– Ну… эээ, – с набитым ртом мямлит Андреев.
– В городах до миллиона жителей в нашей стране нормального платного секса нет. Если тебе очень повезет, и ты найдешь соломинку в стогу иголок, то это исключение только подтверждает правило. Только в столицах можно найти красивых шлюхующих студенток. Главное знать, где и как искать. Хотя и там маргиналок хватает, – поучаю я.
– Да? А почему так? – Андреев переходит на третье блюдо.
– Потому что в маленьких городах нет проблемы поиска жилья и высокой платы за аренду, – с видом эскперта поясняю я. – Потому что все друг друга знают и сложно сохранить анонимность. Мешают косные консервативные нравы и семейные ценности эти ебаные.
– Я как-то не готов 13 штук на билет туда обратно в Питер тратить, чтобы поебаться, – смотря на симпатичную прокуроршу, говорит Андреев.
– Да ты на диски и детальки для своей тачки больше в неделю тратишь, – замечаю я.
– Я два месяца потратил на переговоры ради посредственного секса с посредственной телкой с дебильного сайта знакомств. Выяснилось, что и непрофи можно уговорить на это, но цена будет выше. И перед этим чуть не каждый день тратить полчаса на переписку, – жалуюсь я.
– Вот нашел бы себе разведенку с прицепом и нормально, – язвит Андреев.
– Нет уж спасибо. Я вообще с рожавшими не сплю. У них фигура портится, – надменно говорю я. – Буду лучше к местным школьницам и официанткам подкатывать. Да и вообще, – я умолкаю. Андреев смотрит на меня. – Все это скоро закончится, – говорю я, вздыхая.
Вечером я скроллю местные паблики и группы слухов в группе «Типичный Мухосранск». Мое внимание привлекает интересное обсуждение – местные сплетницы обсуждают местную девушку, которая, по их мнению, занимается проституцией. Это маловероятно, но я все же решаю проверить. Выглядит она неплохо, но возраст не указан. Я отправляю ей сообщение: «Привет, я тут прочитал про тебя какие-то бредовые сплетни».
Все это бред. Типичная травля в деревенском стиле. К сожалению, никакая она не проститутка. Мы решаем сходить на свидание. В «Линкор». Через некоторое время я снова в этом кафе, второй раз за день. Белая ночь опустилась как облако, спать все равно не хочется. Надеюсь, мое появление здесь с красивой дамой привлечет внимание официантки Карины, на которую я смотрю, пока жду эту телку. Лицо Карины, как обычно, не выражает никаких эмоций. Она похожа на мечтательного андроида. Вскоре появляется эта телка, которой я дарю какие-то цветы, купленные в двух шагах отсюда. Внешне она довольно симпатичная, но постарше меня. У нее хорошая фигура и она провинциально одета. Она заказывает суши. Я тоже и две бутылки белого сухого вина. Карина не выглядит заинтересованной, принося все это. Из разговора мне становится известно, что даме 33 года и у нее двое детей. Старший сын 9 лет от какого-то болгарина, а младшая дочка от бизнесмена из Москвы, покончившего с собой, когда бизнес не пошел. Разговор переходит на местных сплетниц.
– Да, да, да, куда не приедешь – все друг друга перетрахали, – смеется она. – А на деле 1-2 случая за месяц, а болтовни на годы. Она накалывает суши на вилку, на что я смотрю толерантно, но все же делаю едва заметный знак уголком рта.
– Ну как тебе сказать, – я застенчиво вожу палочками по скатерти, – я думаю, что тот, кто успешен у дам, он и на необитаемом острове один не останется, не то что здесь.
– Угу, – она слушает.
– Но не всем так повезло, – продолжаю я, – Поэтому.
– Поэтому? – переспрашивает милфа.
– Поэтому необходимо применять другую тактику. С самого начала у меня была какая-то тактика и я ее придерживался, – говорю я. – Впрочем, я тоже многих отшиваю. Не в моем вкусе. Сейчас стараюсь это делать мягко. Зачем ломать людям самооценку? – я очень великодушный.
– Очень благородно, да ты же святой человек, – говорит она, сдирая суши с вилки зубами, как шашлык.
– Да. И если твой правый глаз искушает тебя, вырви его и брось прочь от себя.
– А это откуда? – спрашивает она.
Мой расчет на две бутылки вина оказался верным. Она приглашает меня к себе прямо немедленно, прямо сейчас, но с условием, что я найду еще что-нибудь выпить. Это не так просто, потому что все магазины с бухлом уже закрыты. Она живет в доме сразу за «Линкором», точно в таком же, как у меня, только на 6-м этаже. К счастью, у меня еще есть полбутылки посредственного виски, с которым я и приду в гости. Она наполовину местная, отец ее был русским и она избежала главной проблемы коренных малочисленных народов севера – кровосмешения, неизбежного в таких оторванных от остального мира местах. Похоже, что избежала и неустойчивости к алкоголю – после одной бутылки вина она вполне трезва. Я расплачиваюсь по счету.
