Он скинул свой леопардовый халат, прошел комнату с хамамом и домашним солярием, вошел в шубохранилище, облачился в легкий белый пиджак и запрыгнул в красный «Феррари». Дверь гаража поехала вверх и через 5 минут он уже мчался по шоссе, обгоняя неспешные фургончики и желтые школьные автобусы. Его волосы цвета спелой пшеницы развевались на жарком ветру, темные солнцезащитные очки сверкали, ослепительно горел золотой «Ролекс» на загорелом запястье, поросшим жесткими курчавыми волосами шоколадного цвета. Ремигтон подъехал к своему агенту Мо Шиденбауму и зашел в офис «Юниверсал Фокс», минуя огромные стеклянные двери и секретаршу, скрытую огромным аквариумом, полным застенчивых золотых стерлядок. Секретарша изящно управлялась с костяной ложечкой, поедая белужью икру из вазочки работы Фаберже.
– Привет, мистер Стил! Выглядишь все также шикарно!
– Привет, Мо! Есть че?
– Для тебя, мой дорогой Ремингтон, у меня есть лучшая роль, о которой только может мечтать суперзвезда твоего класса.
– Ты меня заинтриговал, Мо, – сказал Ремингтон и приспустил на нос огромные солнцезащитные очки.
– Это новый фильм из серии о непобедимом суперагенте мистере Смите.
Ремингтон заерзал плечами.
– Боже, Рем, ты только послушай название! – воскликнул Мо, – оно поразительно круто! Это невероятный хит! Я вижу огромную кассу!
– Итак, – протянул Ремингтон вопросительно.
– «Умри сегодня навсегда, но не прямо сейчас, а потом, но скоро»!
– Неплохо, – сказал Ремингтон, – мне нравится. Я вижу потенциал. Публике понравится.
– Конечно, – радостно сказал Мо, – мистер Смит не может проиграть или умереть. Он всегда с нами. Он часть нас. Он – актив общества, общество не может потерять его. Истинный народный герой с привкусом британского аристократизма. Это тебе, черт возьми, не «Матрица»! Конечно, будут и напарники – черная одноногая трансгендер-лесбиянка, которую сыграет Скала и Майкл Фассбендер в роли шефа мистера Смита, Нельсона Манделы. Потом еще тот парень из спин-оффа «Железного паука – 3: Мести в воображении»…
– А кто режиссер? – Ремингтон прервал восторженный поток Мо.
– Новый парень в этом деле, но, говорят, талантливый. Наш мексиканский друг. Тоже восходящая звезда. Спилберго, ты, наверное, слышал?
Ремингтон поморщился:
– Ты же знаешь, я не очень доверяю новичкам.
– Это очень талантливый новичок, Рем. Все боссы на него ставят.
– Боссы много на кого ставили. И где они теперь?
– И все же, каков твой ответ? Ты в деле?
– Конечно, Мо, я всегда в деле.
– Ну вот и отлично! Соберись, дружище! Ты в последнее время сам не свой. Что случилось? Эвелин опять чудит?
– Нет, Мо. Мне кажется, я немного сбился с пути. Мне кажется, Эвелин никогда не была тем человеком, который мне нужен. Я хотел бы быть как ты, но…
– Но?..
Глядя в окно, Ремингтон говорил:
– Знаешь, иногда я думаю о тебе и Эдне… Я тебе завидую, потому что у тебя есть кто-то один. Один и тот же человек все эти 30 лет. Ты с ней просыпаешься, ты с ней спишь, ты с ней ешь, занимаешься любовью с одной и той же женщиной. Вы каждый раз просыпаетесь вместе. А я шляюсь с какими-то 20-летними, которые хотят только веселья и дешевого секса, секса, секса… Девки, которые не могут сказать «нет», которым вечно мало, вечно надо еще и еще, и еще, «теперь ты надевай наручники», господи, сколько раз я это слышал, а я, я просто хотел любви, всего лишь хотел, чтобы меня любили, Мо… – Ремингтон снова посмотрел на Мо. У того изо рта шла пена. Заметив взгляд Ремингтона, Мо быстрым движением вытер пену рукавом пиджака и произнес:
– Ничего страшного, Рем, старина. Уверен, ты еще найдешь любовь всей своей жизни.
– Ты знаешь, Мо, дружище, мне кажется, что я уже нашел ее… – сказал Ремингтон, выходя из кабинета.
Ремингтон прошел мимо секретарши Мо и запрыгнул в свой «Феррари». Он мчался на свидание с ней, с Патрицией Дорси. С новой суперзвездой. С актрисой из «Потемок», кумиром подростков во всем северном полушарии. Ее милое эмоциональное лицо, на котором равно играли радость и печаль, обладающее совершенной красотой, 18 лет, идеальное тело. Сегодня она станет его.
Он уже входил в огромные двери «Баркадии» из красного дерева и мореного дуба.
Она уже сидела за своим столиком у огромного окна.
– Привет, детка, – Ремингтон поцеловал Патрицию в щеку, а она ответила долгим страстным поцелуем. В свете заходящего солнца седина на висках Ремингтона казалась снегом с вершины Эвереста.
– Ты опоздал, – надувая губы, произнесла Патриция.
– Детка, ну не надо дуться, не порть наших редких встреч.
– Ты знаешь, Макс тоже всегда опаздывал.
– Старина Макс Фактор.. Отличный парень, что и говорить! Он неплохо сыграл в той телеверсии «Отверженных».
