Шварцман была не из их числа. Она не возражала против воскресных толп на набережной, как и против того, чтобы на ее любимых пешеходных маршрутах было полно людей, так как их тела создавали ощущение комфорта и безопасности.
Отгулы Анна обычно посвящала пачке медицинских журналов и чтению отчетов, которые накапливались за рабочие дни, но сегодня утром у нее был медленный старт.
Налив себе в кухне чашку кофе, она вернулась в спальню. Телефон безмолвно стоял на тумбочке.
Анна поставила кофе возле кровати, подошла к шкафу и сдвинула небольшой старинный латунный утюг, не дававший створке шкафа открываться самой по себе. Несколько месяцев назад она починила защелку, чтобы дверь, как ей и положено, оставалась закрытой, но в последние несколько недель та вновь начала открываться сама. Так утюг вновь стал дверным запором.
Анна облачилась в удобные спортивные штаны и свободный свитер, подумав о том, что день прошел бы быстрее, если б она могла поспать подольше. Но ей никогда не удавалось спать после семи утра. Еще один шрам от ее жизни со Спенсером.
И все-таки, кто стал бы звонить ей в воскресенье, еще до восьми?
Хэл работал все выходные. Вчера он прислал краткий отчет о допросе матери жертвы. Сообщение содержало три пункта, и только один был хоть сколько-нибудь полезным.
Он также признал, что не узнал ничего нового о том, почему убитая жила в скудно обставленной квартире в Сан-Франциско, но сообщил, что настоящее имя Виктории Стайн — Сара Фельд.
Именно этот, последний факт заинтересовал Шварцман. Она вбила имя в поисковик, отыскав серию снимков лица и один коммерческий кредит.
Было логично, что Спенсер связался с актрисой. Ее наняли, чтобы сыграть некую роль. Что она знала заранее? Согласилась сыграть жертву, не понимая, насколько реалистичной окажется эта роль?
Аннабель редко видела своих пациентов, прежде чем те оказывались в ее владениях. При жизни лицо Сары Фельд было более угловатым, жевательные мышцы на подбородке чрезмерно развиты. Скорее всего, стресс. Мышцы
— Я хочу передать вам информацию как можно скорее, чтобы вы определили свои следующие шаги. Биопсия подтверждает наличие у вас инвазивного лобулярного рака в правой груди. Я знаю, что офис доктора Фрейзера свяжется с вами напрямую, но также хочу дать вам номер своего мобильного телефона, чтобы вы могли связаться со мной. Знаю, что сегодня воскресенье, но я доступна, если вы захотите поговорить.
Доктор Хан начала диктовать свой номер, когда телефон в руке Анны зазвонил снова.
Анна резко присела в кровати. Голова закружилась, к горлу подкатился комок тошноты.
— Шварцман.
— Это Хэл. Доброе утро.
Хм-м, по его голосу этого не подумаешь…
— Доброе утро, — ответила она примерно с таким же сомнением в голосе.
Анна попыталась выудить из памяти факты, полученные на медицинском факультете, и в результате услышала лишь конец того, что сказал Хэл.
— Извини, но мне звонили по другой линии. Я пропустила то, что ты сказал.
— Нет проблем. Ты куда-то спешишь?
— Нет, все в порядке, — быстро добавила она, покраснев от необходимости лгать.
— Хотел спросить, не могла бы приехать сегодня на работу? Я знаю, что сегодня воскресенье…
— Могу, — ответила Шварцман, услышав в его голосе резкие нотки. — А в чем дело?
— В девять часов я допрашиваю подозреваемого. Если есть возможность, приходи, тебе будет интересно.
— Подозреваемого? Вы нашли сестру?
— Нет, и ты была права. Они не сестры. У Сары Фельд нет братьев и сестер.
