— Что-то случилось, дорогой? — моментально считала настрой Алеит.
— Случилось.
Следом за ним вошёл слуга, принеся вино и закуски.
Бальк уселся в кресло, устроился поудобнее, наблюдая, как ему наливают вино.
— Дорогой? — спросила Алеит, когда слуга вышел.
— Сарко забегал, — сказал Бальк небрежно. — Сказал, что захватил земли Кадо и ему нужна сотня гвардейцев.
— Ты шутишь? — спросила женщина.
Эмма же на это недоуменно брови нахмурила, не в силах поверить в услышанное.
— Это с его слов. Сказав, что у него нет времени, он вышел. Слуги доложили, что направился в сторону казарм. Видимо, за сотней.
— Ты его не остановил? — спросила тихо Алеит, скрывая волнение.
— Попытался, — вздохнул мужчина. — Поставил барьер, но он его в сторону смахнул, как муху прогнал. Так что, дорогая, нам нужен новый сын. Этого наши земли не устроили, и он себе новые добыл.
— Что за бред, — не удержалась Эмма.
Бальк перевёл на неё взгляд, пожал плечами и отпил вино.
— Но… как? — спросила мать.
— Как-то. Если он выживет, то сама и спросишь. Если интересует техническая возможность — то через нож он и правда мог быстро переместиться к нам. Если так и гвардию перекинет, то шансы выжить у него будут.
Алеит замерла, просчитывая варианты. Сарко не говорил, что освоил эту силу ножа. Если он это осознанно скрыл, то зачем?
Вопросов у женщины было много, но никто не спешил на них ответить.
— Почему ты тогда сидишь здесь? — всё же спросила она.
— А что ты предлагаешь? — прищурившись, спросил Бальк.
— Собрать армию и идти на помощь.
— Переброска армии до земель Кадо займет больше месяца. Если небольшим отрядом, то пару седмиц. В любом случае за это время всё успеет случиться. К тому же Сарко не просил о помощи. Цитирую: он заглянул из вежливости, чтобы я не удивлялся, когда его сотня пропадет.
Эмма на это нервно фыркнула. Нагрубить отцу — на это никто в доме решиться не мог. До сегодняшнего дня.
— Да и если бы не это, — продолжил Бальк. — Не буду я ему посылать помощь. Пусть сам разбирается. Его проблемы, его слава. Раз мальчик вырос, пусть делом доказывает.
Алеит многое бы могла сказать по этому поводу, но слишком хорошо знала упрямство мужа.
Сарко вернулся до того, как Кадо набрались смелости и перешли в наступление. Одного его появления хватило, чтобы остудить горячие головы. А уж когда следом из кабинета начали выходить один за другим гвардейцы в полном обмундировании, готовые уничтожить любого, кто бросит косой взгляд… стало окончательно ясно, что сопротивления прямо сейчас не последует.
Отдав приказы взять под контроль казну и собрать всех главных городских лиц, Сарко отозвал Резано с Халой на беседу.
— Эрано с Каей вернулись? — спросил он.
— Никак нет, господин, — ответил Резано. — После того боя они пропали.
— Найдите их. Возьмите десяток людей, если нужно, обыщите завалы и разберитесь, что там произошло.
По тем колебаниям силы и ауры, что доносились с места битвы, когда Сарко дуэль проводил, складывалось ощущение, что противник настолько силен, что может доставить проблем. Не говоря уж про то, чтобы убить дочь Темного Герцога.
Когда Резано с Халой отправились на выход, дверь резко распахнулась и внутрь проскочила Катарина, единственная дочь главы Кадо. Пылающая вызовом и гневом, она выглядела как красный цветок. В коридоре мелькнула Лорей, её мать, но Сарко качнул головой, и та осталась снаружи.
Девушка этого не заметила, пронеслась по комнате, резко остановилась, что-то порываясь сказать, но словно позабыла запасенные слова, напоровшись на холодный взгляд.
— Ты хотела поговорить? — спросил Сарко, когда дверь за парочкой закрылась и они остались одни.
— Я не стану твоей женой! — выпалила девушка.
Сарко про себя отметил, что она достаточно красива, чтобы брак не стал такой уж обузой.
— Хорошо, — ответил он.
Катарина, которая собиралась продолжить пламенную речь, открыла и закрыла рот, не ожидая согласия.
— Тогда мне придётся вырезать всю вашу семью и пойти другим путем. — продолжил говорить Сарко.
«Умом не блещет, наивна, — подумал он, продолжая оценивать девушку. — Удобно, досадно».
Катарина замолчала и насупилась. Она была искренне убеждена, что, если громко возмущаться и требовать, этого хватит. Сейчас же её картина мира рушилась и, смотря в глаза Сарко, она понимала, что он не шутит.
— Или тебя принудят силой. Не я. Твои же родичи, — озвучил Сарко очевидное. — Которые не захотят умирать. Неужели ты правда думаешь, что твоё мнение играет роль?
— Я не лягу с ублюдком, который убил моего отца и угрожает семье! — выдала очередную заготовку Катарина.
— И что же мне помешает? — с насмешкой спросил Сарко. — Попытаешься меня убить? Спрячешь под подушкой нож? Так давай, попробуй. Убей меня. Здесь полно оружия, — Сарко оглядел стены, увешанные мечами и кинжалами. — Смелее. Я не буду сопротивляться.
Катарина подбежала к стене, схватила меч и вполне сносно ударила Сарко. Меч остановился на расстоянии ладони от него.
