— Не глупи, Фрея. Ты не хуже меня знаешь, что колония обречена. Мы не способны совладать с этим миром. Нам просто не хватит ресурсов, чтобы покорить его, он убьёт нас раньше. Сперва их, после нас, — мужчина произнёс это так равнодушно, будто ему приходилось повторять эти слова из раза в раз. И точно так же он прореагировал на направленный на него «ствол», лишь пожав плечами, а после повернувшись к лежащему перед ним человеку.
— Эолан сказал, что эксперименты с «эфирником» продвигаются успешно. Ему нужно каких-то пару месяцев, чтобы выделить необходимую мутацию. После этого мы сможем засадить им ближайшие окрестности, чтобы фильтровать ядовитый эфир, — женщина обошла небольшой стол, на котором под окровавленной простынкой лежало ещё одно тело.
— Глупости, ты сама в это не веришь, — протянув руку, Тавил взял с небольшого подноса длинный скальпель и одним движением вспорол грудь подопытного. — Его идея сработала бы, знай мы об «эфирнике» сразу, как пришёл туман. Но нет, вместо того, чтобы дать погибнут самым слабым и сохранить необходимые ресурсы, он боролся за каждого, тем самым убивая последнюю надежду для спасения остальных.
— И кто бы решал, кому жить, а кому нет? — замерев позади Тавила, с нажимом спросила женщина, едва не тыкая стволом оружия в спину. — Подними руки, пока я тебя не пристрелила!
— Вселенная одарила нас. Дала нам шанс, наделила силой. И это был знак, что мы вправе распоряжаться теми, кто остался там, на предыдущей ступени эволюции. А твой ненаглядный Эолан — глупец, решивший, что благо — оно для всех, — с усмешкой ответил вивисектор, погружая руки в грудную клетку подопытного. — И нет, Фрея, ты не выстрелишь. Ты прекрасно осознаёшь, что Эолан проиграл. Двенадцать из нас хотят жить и пойдут за мной. И ты тоже встанешь на нашу сторону. Я вижу жажду жизни в твоих глазах. Чую огонь, что горит в тебе.
Голос хитрого ублюдка даже сквозь столетия звучал завораживающе, и я прекрасно понимал, что Тавил прав, Фрея не выстрелит. Уже просто не сможет.
Ухмыльнувшись, мужчина принялся шевелить руками, погруженными в труп, вряд ли подопытный после таких манипуляций в своём внутреннем мире мог бы выжить.
Фрея же, обойдя стол, за котором сидел коротышка, угрожающе ткнула мужчине оружием под нос, но тот лишь подмигнул ей в ответ, а после вытащил сжатую в кулак руку.
Не обращая внимание на сместившийся на лоб пистолет, Тавил разжал окровавленную ладонь, демонстрируя крохотный фиолетовый кристалл. Он разжал, а я, наоборот, напрягся. Уж больно процесс был знакомым.
— Это… Это оно? — с оторопью в голосе произнесла Фрея, опуская пистолет.
— Чистый эфир? Незагрязнённый, не травящий тебя? Не уродующий ни физически, ни морально? Да, моя милая Фрея, это именно он. Хочешь? — с добродушной улыбкой наркодилера спросил мужчина.
Женщина, словно в трансе, положила пистолет на стоящий рядом столик и дрожащей рукой потянулась к кристаллу.
Мгновение, другое, и спрессованный эфир растворился на кончиках пальцев Фреи. Её глаза закатились, а на лице расплылась улыбка внеземного блаженства.
— И это только начало. Меньше, чем через неделю, я смогу обеспечить нас чистым эфиром в достаточном количестве, чтобы начать восстанавливать наши ядра, а через месяц силы вернутся полностью, — произнёс Тавил, поднимаясь со стула и при этом случайно сдёргивая простыню с трупа.
Запись замедлилась, картинка увеличилась, и я с интересом принялся разглядывать лицо трупа. Несмотря на многочисленные порезы и синяки с отёками, не узнать в нём Фрею было невозможно. Да уж, всё чуднее и чуднее…
Запись продолжилась с обычной скоростью, и я на мгновение чуть не оглох от истошного крика женщины, ещё секунду назад пребывающей в неге. Хотя вряд ли кто-то будет вести себя спокойно, увидев собственный выпотрошенный труп.
— Спокойнее, Фрея, это не ты, точнее, не настоящая ты, — опустившись рядом с женщиной, Тавил положил ей руки на плечи и легонько встряхнул, стараясь привести в себя. — Мой способ имеет ряд сложностей, и одна из них в том, что эфир должен быть очищен самим одарённым, иначе он попросту не будет усваиваться.
— Ты использовал репродукционную систему, чтобы клонировать меня?! — с трудом придя в себя, произнесла Фрея, хватаясь за простынку, лежащую на ближайшем теле.
— Ты слишком высокого о себе мнения, дорогая, — разогнувшись, произнёс одарённый. — Это единственный экземпляр тебя. И сделал я его лишь для того, чтобы ты убедилась, что способ действенный. В отличие от проекта Эолана.
Но, судя по всему, Фрею эти слова совершенно не успокоили. Следующие пять минут изображение на экране было не для слабонервных. Женщина металась от одной выдвинутой ячейки к другой, срывая покрывала и завывая всё громче. Похоже, кто-то всё же немного сошёл с ума…
Со всех сторон на неё молчаливо смотрели копии Тавила. Каждый из них немного отличался от остальных, но это можно было списать на побочные эффекты при ускоренном выращивании.
