-О том я и говорю. В том и сложность, что все это, в той или иной мере, характерно почти для любого вампира, даже для меня, того, кто породил их всех… но в его случае, все это слишком ярко выраженно. А аппетит… по моим наблюдениям и прогнозам, примерно до окончания роста и развития организма, как человека, у него практически не проявляется моё наследство. Он не должен чувствовать голода, подобно обычным вампирам, вообще, легко способный обходиться обычной пищей. Около двадцати пяти - двадцати семи лет у него проявляются минимальные способности, душа и тело копят силы и ресурсы, чтобы после этого начать взрывную, реактивную трансформацию. Словно ещё один переходный возраст, только длящийся около полутора лет. Но даже тогда, даже появись у него желание питаться, подобно вампирам, это будут редкие жертвы, один человек раз в пару месяцев. Но в его случае это не так. Я читал его память – едва ли не с детства он страдает аппетитом, не голодом, но аппетитом, которого нет даже у самых голодных вампиров! Его раздражительность, гневливость, выходит за рамки всех норм для вампиров! В общем… я откровенно надеюсь, что все дело именно в травмах разума, а не… во мне… и моем наследии…» - уже поникшими мыслями закончил свою речь Шонлах, на которого, кажется, гигантским грузом давила мысль о том, что именно его наследие сделала его ребёнка таким, какой он есть и он надеялся, что это именно травмы, ошибки в его разуме повинны в этом, ведь это даст ему надежду на исправление, надежду на то, что его сын сможет выздороветь…
-«Ты и сам хороший менталист. Ты знаешь, должен знать, что ты дефекты, которые, вероятно, были мной допущены при воссоздании его разума… если дело действительно в ним…» - начал я подводить к заключительный словам.
-«Знаю… я знаю… исправить такое, не изменив личность с самых основ, невозможно. Заглушить, скорректировать, перенаправить, ослабить, но не исправить…» - закончил за меня Шонлах.
-«Потому что иначе, это будет равно ценно тому, что я просто создам новую личность на основе старой души. Она может быть похожей, более идеализированной, здоровой версией, но уже не той. – Кивая на его слова, закончил уже я, прекрасно зная и разбираясь в том, о чем говорю, все же все эти годы я не прекращал работать на поприще телепатии, я углублялся в понимание работы разума и психики, экспериментировал на тех, кого похищал, тестировал те или иные идеи и продвинулся очень далеко. – Я без проблем помогу тебе и твоему сыну. Заглушку, ослаблю, перенаправлю и скорректирую его психоз в более… корректное русло, все же, это именно мой брак в работе, пусть ситуация и была тогда несколько… не благоприятной, но ответственности за брак с меня это не снимает. Но вот полное исцеление… точнее, исправление его психики… означает смерть его нынешней личности и рождение новой. Ты готов к такому? Все же это твой сын и только тебе решать.»
Шонлах молчал. Долго молчал. Настолько, что наниты успели полностью переработать планету, превратившись в огромную массу нанитов со своей собственной гравитацией. Они начали выстраивать я и создавать циклопических размеров механизмы и огромные энергетические трассы для транспортировки энергии. Ядром конструкции становился огромный кластер из компьютеров. Собственно, за это я снова благодарен пришельцам. Их главным процессором являлся квантовый компьютер, который, собственно, занимался вычислениями и прокладкой маршрута в гиперпространство, работая с гиперфизической геометрией пространства. Обычные компьютеры, да даже мой Ассур, с такими расчётами в короткие сроки не справится! Я проводил испытания, когда, интереса ради, разобравшись программу и данные с этого компьютера, что тоже было отдельным испытанием, ведь с программированием на кубитах я ранее не работал и, по сути, учился на ходу, методом проб и ошибок… а ещё методом считывания памяти у персонала, который работал с этими компьютерами. И вот с задачей, которую решил квантовый компьютер за шестнадцать секунд, Ассур решал почти шесть суток и более сотни раз был на грани того, чтобы зависнуть.
