— Отчасти, — сказительница снова помедлила. — Это промежуточное действие. Что он сделал?
— Я почем знаю, что он мог сделать, — Ит нахмурился. — Ну, допустим… допустим, он решил проверить, видит ли Тень кто-то кроме него.
— Верно! — обрадовалась сказительница. И продолжила, уже другим голосом, с другой интонацией. — Правитель был мудр и не был пуглив, поэтому он позвал своих слуг, чтобы они помогли ему в утренних заботах. Позвал, и принялся смотреть, что они будут делать, и скажут ли ему о Тени, которая находилась рядом с ним. Никто из слуг ничего не сказал ему, а двое даже проходили сквозь Тень, и правитель понял, что Тень им не видна, и лишь он один может её видеть.
— Круто, — похвалил Ит. — Правитель уж точно не дурак.
— И не трус, — подтвердила сказительница. — Правитель, конечно, сперва растерялся, но после рассудил, что если Тень никому не видна, то и вреда от неё большого не будет. Разве что ему, правителю, не очень приятно видеть рядом с собой тень того, для кого он призвал смерть, пусть и с благой целью. Задавай вопрос, путник.
— О чём вопрос? — не понял Ит. — Кажется, тут всё и так ясно. При правителе находится тень его убитого конкурента. И… и что? Не понимаю.
— Сказка только началась, — заметила сказительница.
— Только началась? — удивился Ит. — Как по мне, так она уже успела закончиться. Или там что-то было дальше?
Поведется или нет? Сейчас посмотрим.
— Вопрос принят. Что было дальше? А дальше стал правитель жить-поживать, делами руководить, государство своё поднимать. Про Тень он старался не думать, и в сторону её не смотреть, но сложно жить, когда постоянно у тебя стоят над душой, и нет тебе потому покоя. Начал правитель нервничать и плохо спать, стал ошибки совершать, а это недопустимо вовсе в делах государственных, нужных и важных. И решил он, что надо бы Тень как-то извести, чтобы оставила она его в покое.
Сказительница замолчала.
— Я должен задать вопрос? — поторопил её Ит.
— Вводная часть сказки о Тени завершена, — ответила сказительница. — Продолжение будет при следующем входе.
— Стоп-стоп-стоп, — поднял руки Ит. — Ты на сколько входов эту тягомотину хочешь растянуть? Эта твоя сказка не может быть длинной, хотя бы потому что у подобных легенд или сказок не бывает сложной структуры и длинного ряда компонентов для действий, это я тебе как учитель литературы говорю. В любой сказке есть четыре сюжетных элемента, а именно завязка, развитие действия, кульминация, и развязка. Сейчас ты мне дала завязку, верно? Значит, ещё четыре входа, получается?
Сказительница ничего не ответила. Ещё с полминуты она смотрела на Ита, а затем, так ничего и не сказав, рассыпалась каскадом золотистых искр.
— Зашибись, — в пространство произнес Ит. — Так, ладно. Хорошо. «Хоровод», выход.
— Какой-то бред, — констатировал Скрипач, когда Ит вкратце рассказал ему о своём входе и беседе. — Итище, тебе не показалось, что всё это несколько…
— Показалось, — Ит невесело усмехнулся. — Это не просто бред, рыжий. Это настоящий абсурд, честное слово. Для начала — сама сказительница, которая программная, но при этом… гм, как бы объяснить. Мы самых разных юнитов, которые рассказчики или проводники, перевидали массу, они во всех локациях есть, и они всегда аутентичные. Сделаны под локацию. У Бажова, например, это либо старая старушка в бедной одежде по сезону, либо зеленоглазая девчонка в шубейке зимой, и в зеленом сарафане и серой рубахе летом. Да? Их невозможно перепутать с заданиями в квестах, или с другими игроками. У Пушкина — это либо старик-сказочник, либо тоже бабуля, но уже другая, либо деревенский паренек.
— Ну да. Ещё были мальчики пастушки, были девочки с корзинками ягод, были чистенькие служанки, и всё в таком духе, — согласился Скрипач. — А что с этой не так?
— Да всё! Я так и не смог её идентифицировать. То есть мы не проходили локации, где такое бы присутствовало, — ответил Ит. — Это какая-то дикая смесь, к тому же у неё закрыто лицо. Наполовину.
— В смысле? — удивился Скрипач.
— У неё занавешена нижняя часть лица. Маска, но не типа медицинской, а вроде той, что Лийга носила у себя на планете. Не совсем, потому что там была просто ткань, а тут море красоты, с вышивкой, бисером, и кисточками то ли от скатерти, то ли от ковра, — Ит невесело усмехнулся. — А сама голова не покрыта, волосы зачесаны назад, выглядят то ли русыми, то ли седыми. Возраст… чёрт её знает. Временами кажется, что она старая, временами — что возраст средний. Глаза так и вовсе молодые, как мне показалось в какой-то момент, но я мог и ошибиться.
— Одежда? — Скрипач нахмурился.
