Обстановка будто уже начала выходить из-под контроля. Казалось, еще мгновение, и все здесь взлетит к чертовой матери!
Все напряженно смотрели на пункт управления, но Иванов упорно держал уровень мощности на пределе. Вадим зажмурил глаза, ожидая неминуемого взрыва... Но, вдруг... сила вихря резко упала, прекратился и свист. Из пункта управления выбежал профессор Иванов и закричал во весь голос:
— Они должны были пройти, срочно инфракрасные улавливатели сюда, проверить местность, — несколько десятков улавливателей тщательно начали просвечивать всю округу в радиусе 100 м...
Наконец, один оператор, заикаясь и волнуясь, показал на место в реке, метров в десяти от площадки:
— Товарищ Иванов, они здесь, скорее выньте их!
Лаврентьев слышал все это и, вскочив на ноги, быстро отдал распоряжение — несколько ныряльщиков из Министерства госбезопасности моментально прыгнули в утреннюю ледяную воду, и через минуту люди, вывалившиеся из пространственно-временного тоннеля, лежали на прибрежной траве. Они были оба без сознания, а из ноздрей и ушей у них сочилась кровь.
Быстро собравшиеся вокруг люди восхищенно качали головами: молодой человек, даже находясь без чувств, не выпускал из своих объятий молодую женщину да еще закрывал ее чемоданчиком с персональным компьютером — это было достойно восхищения!
— Реанимационную бригаду сюда, быстро, — распорядился Вадим, затем помог Крикоумову и Левченко высвободить женщину из объятий молодого человека, они опасались, что она может не выдержать и задохнуться.
Из стоящих невдалеке реамобилей появились бригады врачей и занялись каждым человеком в отдельности. В ход были пущены компьютерные кардиографы и тепловизоры, а также ультразвуковые и лазерные сканеры. Изображение разворачивалось на отдельно расположенный монитор — все органы, мозг, скелет и сосуды были видны, как на ладони:
— Они живы, но оба в глубокой коме. Ничего до клиники не предпринимать, срочно поместите их в барокамеру, — указал на один самый большой автомобиль реаниматор лет сорока пяти, очевидно старший в обеих бригадах.
— Послушайте доктор, — министр Госбезопасности подозвал руководителя бригад к себе. — Вы понимаете, что это за люди и какая на вас — медиков ложится сейчас ответственность? Может, что-то сейчас попытаться сделать?
— Я поставлен в известность, товарищ генерал- полковник, поэтому и не хочу сейчас рисковать. Оба пациента в течение получаса будут доставлены в центральный госпиталь Министерства обороны Союза и уже там потихоньку, спокойно выведем их из комы.
Не беспокойтесь, рядом с каждым будет дежурить врач, реанимационные бригады поедут следом, но уверяю, в барокамере с ними ничего плохого не случится. Попрошу только обеспечить беспрепятственный проезд медицинского кортежа.
— Вадик, — обратился министр к Лаврентьеву. — Я тебе не приказываю, я тебя по-человечески прошу, отправляйся с медиками и лично обеспечь им быстрый проезд до госпиталя. Слышишь, лично обеспечь проезд и проконтролируй ход лечения.
— Не беспокойтесь, товарищ генерал, быструю доставку обеспечу и буду в госпитале, пока не придут в себя. Разрешите исполнять?
— Исполняй и держи меня в курсе, — министр, проводив реамобили, жестом руки предложил вице- адмиралу Левченко поехать с ним.
— А у тебя, Иван Алексеевич, тоже парни что надо! — слегка подмазал министру Левченко. — Понимают с полуслова — молодцы!
— Эх, Владимир Евгеньевич, Владимир Евгеньевич, уж мне прекрасно известно, почему ты так моих нахваливаешь, — Крикоумов похлопал Левченко по коленке. — Согласен, мои хороши, но твой значительно лучше —он просто неподражаем. Искренне говорю. Думаю, «Хозяин» будет очень доволен всеми нами. Дай Бог ему крепкого здоровья!
...Она пришла в себя, открыла глаза и, глядя на белоснежный потолок, никак не могла вспомнить: где она и что с ней произошло? Немного повернув голову влево, она увидела рядом с собой диагностический стенд с обилием всевозможных экранов и приборов, трубки от которых тянулись к ней. Прямо над головой висела ви- деокамера постоянного наблюдения. Похоже, это была палата?
— Кто-нибудь, пожалуйста, подойдите! — тихо прошептала она, так как сил у нее совершенно не было.
В палату вошел человек в спецодежде цвета топленого молока и склонился над ней, на шее у него был зацеплен фонендоскоп необычного вида:
— Главного врача и дежурную бригаду в 33-ю спецпалату. Пациентка пришла в себя!
Уже через минуту почтенный доктор, внимательно изучив показания аппаратуры контроля, перешел к ее детальному осмотру.
Рядом стояло несколько врачей помоложе и несколько сестер с электронными ЖК-книгами, готовыми записать назначения.
Внимательно выслушав сердце таким же, как у дежурного врача, прибором, доктор улыбнулся и ласково сказал ей:
