Редакционная статья
Законопроект о запрете госслужащим иметь счета за рубежом — лишь первый шаг на пути к решению двух важнейших задач, которые стоят сегодня перед Россией.
Первая — как нам переломить устойчиво негативное отношение к своей стране. Причем речь идет не только о правящем классе, но и о вполне себе оппозиционно настроенных интеллектуалах и о самых обычных гражданах. Нет-нет да и проскользнет то там, то здесь: ничего в этой стране исправить нельзя, хорошо здесь никогда не будет. Не сказать, что это уж совсем общее настроение, но для страны, которая хочет иметь исторические перспективы, настроение это слишком распространено.
Очень часто можно слышать, что фундаментальная причина этого — тотальная коррупция (а кто-то предпочитает использовать термин «преступное государство»). Но представляется, что дело тут все же не столько в коррупции, коррупция — это следствие, не причина. Причина в том, что такое государство, как Россия (с его ресурсами и историей), не может существовать без ясного вектора развития, разделяемого большинством народа. Без такого вектора как раз начинают расцветать коррупция и чемоданные настроения. Ведь страна у нас действительно не самая комфортная, на свете немало мест с более обустроенной, налаженной повседневной жизнью. Так чего ради жить тут, если никакого исторического смысла в этом нет?
Именно поэтому лобовая борьба с коррупцией не может быть стратегией. Это может быть один из инструментов, но не единственный и не центральный. Борьба с коррупцией не может быть целью существования государства. Его функция — задать вектор развития, а уже по ходу этого развития тем или иным служащим можно задавать вопросы о том, соответствуют ли они. Со временем возникнут и более привычные механизмы общественного контроля, но в той ситуации, в которой мы находимся, первичен именно вектор развития, который увлечет за собой страну.
Вторая задача — отстоять свои интересы, свою самостоятельность, свою международную субъектность. Трудно рассчитывать на самостоятельность, если элита, правящий класс страны видит свое будущее вне ее пределов. Ведь зарубежные активы — это, по сути, материальное воплощение собственных представлений о будущем. И весьма удобный инструмент для манипуляций элитой, теряющей связь с исторической родиной.
Разговоры о том, что зарубежные активы могут быть использованы как оружие для шантажа российского руководства, ведутся как минимум с дела Bank of New York в 1999 году и до сих пор выглядели скорее не реальной угрозой, но страшилкой, пусть и не слишком фантастической. Однако очевидно, что принятие «закона Магнитского» актуализировало эту проблему, стало ясно, что страшилка-то в какой-то момент может воплотиться в реальность. Тут сразу приходит на ум знаменитая уже фраза Збигнева Бжезинского о том, что «Россия может иметь сколько угодно ядерных чемоданчиков, но поскольку 500 млрд долларов российской элиты лежит в наших банках, вы еще разберитесь, чья это элита — ваша или уже наша». И дело тут не в том, что великий и ужасный Бжезинский пугает Россию, а в том, что действительно пора бы уже разобраться. Потому что и без всякой манипуляции и внешнего давления элита, не видящая будущего у своей страны, начинает по факту работать против нее. А уж если в какой-то момент начнется умное и систематическое давление… Нас ведь не сильно трогают во многом оттого, что считают: мы и сами все сделаем, не сумев преодолеть тренд на национальную деградацию.
При этом, безусловно, речь не идет о необходимости самоизоляции. Это гибельный для нас путь. Речь идет о приоритетах и о тренде: куда мы движемся — к пропасти или от нее?
Павел Быков
Марк Завадский
Александр Кокшаров
Сергей Сумленный
Запрет госслужащим иметь зарубежные счета и финансовые активы должен изменить не только приоритеты чиновничества с внешних на внутренние, но и атмосферу в обществе, сделав ее более здоровой и нетерпимой в отношении злоупотреблений правящего класса
Путин внес в Госдуму закон о запрете госслужащим, их супругам и детям иметь счета в иностранных банках
Фото: picvario.com
Владимир Путин внес в Госдуму закон о запрете госслужащим, их супругам и детям иметь счета в иностранных банках. Под его действие подпадают не только чиновники, но и депутаты Федерального собрания и региональных заксобраний, федеральные судьи, топ-менеджеры госкорпораций и так далее (см. «Что и кому запретил Путин» ).
Дискуссия о необходимости подобного шага активно велась уже года два. Поскольку масштаб зарубежных активов (не только банковских счетов, но и другой собственности), принадлежащих российскому истеблишменту, стал таков, что поневоле начали возникать сомнения: где же находится сфера главных интересов российской элиты — в России или за рубежом?
