– Попробуй посмотреть, при случае.
– А как же твое заявление о том, что он бежит за каждой юбкой?
– Это другое.
– Как так? Не понимаю.
Джулия поерзала на стуле, устраиваясь поудобнее.
– Когда речь идёт о простом сексе, Анжело все равно, кого… С кем проводить время. Но женитьба для принципиального дона Валлара – дело личное, затрагивающее душу, важное. В свое сердце он просто так никого не впускает. Мне сразу дали понять, что пока обручальное кольцо не покроет безымянный палец, думать о сближении нечего. А теперь кажется, он не захочет увидеть рядом никого, кроме тебя.
– Почему?
Джулия звонко рассмеялась и дала знак мужчине, сидящему за соседним столом, чтобы расплатился за нас, а потом потянула меня за руку в сторону очередного магазина.
– Пойдем. Если во вкусах Валенсио мне разобраться не дано, то уж платье, способное понравится пафосному Анжело, я знаю с гарантией в девяносто восемь процентов.
Проклиная свое легкомыслие, мне пришлось позволить ей продолжить навязчивые изыскания, но теперь ещё и в моем направлении.
Пару дней после визита в город прошли в бессмысленном ничегонеделании. Мы с Джулией все больше времени проводили вместе, обсуждая стратегию поведения на момент появления братьев Валлара. Раз в день приходил преподаватель итальянского – худой мужчина моего возраста, по имени Рауль. Он много и весело говорил, уделяя внимание больше сленгу и разговорным навыкам, чем грамматике и письму. Скоро мне даже удалось усвоить несколько простых фраз. В остальном надменное пренебрежение обитателей дома подспудно раздражало, хотя с появлением цели в жизни, немного отступило на второй план.
Вечером четвертого дня я сидела в своем новом кабинете, изучая электронный каталог древностей, собранных в доме еще при старом хозяине, очевидно увлекавшемся коллекционированием. Неожиданно пришло сообщение на электронную почту, снабженное все той же угрюмой физиономией Анжело. Он не звонил мне со времени прогулки в городе, потому я ощутимо вздрогнула, чуть прикрыв глаза. Невольная трепетная дрожь растеклась по телу, заставляя замереть в предвкушении. Похоже, я действительно скучала по этому эксцентричному гангстеру, точно так же, как когда-то давно, после опасного, странного, первого знакомства.
Теперь все несомненно поменялось… Немного. Недавние воспоминания об огне его страсти кружили голову, заставляли тело ныть в ожидании повторения. Я постоянно говорила себе, что произошедшее можно оправдать простым зовом тела, измученного долгим воздержанием. Но все же нечто большее неуловимо осело внутри и не желало выветриваться ни в какую.
«Паола, сделай еще одну экспертизу. Сейчас. Снимок старый. Позвони сразу, как закончишь».
Отдавал распоряжение, как штатному сотруднику. Ничего более. Стараясь всеми силами подавить разочарование, я открыла фото. Снимок был действительно старый, не менее чем тридцатилетней давности. Мужчина, изображённый на нем, принадлежал к богатому и влиятельному сословию, о чем можно было судить по костюму. На среднем пальце, правой руки у него имелся перстень. Вещица сразу привлекла внимание. Казалось, что передо мной то самое кольцо, которое и довелось держать в руках несколько дней назад.
Чтобы рассмотреть поподробнее, со снимком пришлось долго возиться. Размытые контуры напрочь отказывались фокусироваться. Изображение кольца расплывалось и ускользало каждый раз. Наконец удалось получить хоть немного четкую картинку и я смогла разглядеть печатку. Выступающие, а не вдавленные ребра девиза однозначно свидетельствовали о том, что передо мной была фотография реплики подлинника. Именно той самой копии, что и довелось экспертировать совершенно недавно. Все отметины идеально повторяли кольцо, которое я держала в руках ранее.
Номер синьора Валлара оказался в быстром наборе подаренного телефона. Последовали долгие, протяжные гудки, бесконечно сменяющие один другой. Когда сдерживать волнение стало фактически невозможно, раздался щелчок и тихий, велюровый голос пролился на измученную душу, лишь усиливая смятение.
– Валлара.
– Добрый вечер, синьор. Отвлекаю? – мой подчёркнуто официальный тон был призван продемонстрировать без эмоциональную отчуждённость, но предательский звон томительного волнения смазывал картину, и неаполитанец мгновенно заметил это.
– Я занят, малышка. Говори, – бархатный рокот обволакивал плечи, проникал под одежду и струился по коже, утешая, смиряя неприязнь, унимая раздражение.
– Экспертиза готова.
– И?
– Это оно. Несомненно. Кольцо на пальце мужчины с фото, совпадает с исследуемым.
– Ты уверена? – сталь непреклонности, прозвучавшая в спокойном голосе итальянца, словно надавила на волю.
– Как в том, что днём на небе солнце, а ночью луна.
Деловой настрой незаметно сменил эмоциональный. Все же я была уважаемым экспертом, и сомнения в собственной компетентности не могла воспринимать позитивно.
– Хорошо.
