— Жизнь тебя так ничему и не научила?
Роман не ответил, оглядывая пустой грузовой отсек ион-джета. С облегчением увидел Жанну. Она лежала на полу, обвязанная цепью, а на её лбу весело подмигивал светодиодами «Надзиратель». Глаза Жанны были широко открыты, она неподвижно смотрела в одну точку. Ей выставили максимальные настройки блокировки, превратив в «овощ».
В креслах рядом сидели Ананд, Стивен и Эбигейл. У всех на коленях лежали Крейзеры.
— Что вам от нас надо?
— Мне — ничего, — усмехнулся Бенни. — А вот твои друзья рассчитывают получить от Рамиреса звание комиссаров. А чтобы доказать, что они его достойны, везут в подарок тебя. Рамирес желает познакомиться с тобой поближе.
Роман поочерёдно посмотрел на предателей. Ананд стыдливо отвёл взгляд. Эбигейл покачала головой, прошептав:
— У нас не было выбора. Всё из-за твоей Жанны.
А Стивен ответил Роману презрительным взглядом. Как бы показывая, что Роман недооценил его. И что он торжествует.
— Рабские твари, — изрёк Роман.
Убедившись, что Роман беспомощен, Бенни Шостаков убрал дробовик за спину и присел на корточки перед Романом:
— Моя роль в этой операции скромная. Я помогаю бывшим рабам вернуться к хозяину. Заодно несу ему украденные тобой вещи.
— Инструкции? — догадался Роман.
— Они самые, — кивнул Бенни. — Мой друг Рамирес очень разозлился, что ты украл их у него. Из-за тебя он не может построить толстые и летающие фьюжн-письки, которые разорвут очко западенцам.
— Но пока что очку рвут Рамиресу, — усмехнулся Роман.
— Пока что — да. Но мир меняется.
Роман утвердился во мнении, что Бенни — это хитропопый типок, не упускающий случая заработать немного фиатов. Если помнить об этом, то можно даже вести с ним дела. Правда, услышав о долге за обман в торговле, он избегал общения с альянсом «Жестокий».
Теперь перед Романом стоял совсем другой человек. Быть может, это эффект бандитского УниКома, украшенного шипами и черепами травяных тигров?
«Поль Лекомп удивительно слеп, — подумал Роман, — раз под его носом орудует шпион Рамиреса».
А Бенни Шостаков словно чувствовал перемену мнения о себе. Он позволил Роману сесть в кресло рядом с иллюминатором:
— Готовься, будущий раб Великого Рамиреса. Если жалкая деревня Вест-Сити показалась тебе грандиозным городом, то столица империи Рамиреса поразит твоё воображение.
— Империя, — усмехнулся Роман. — Сколько там всего бандитов и рабов в «империи», двести или триста тысяч? Деревня — это как раз у бандитов.
— В Фантадроме живёт полмиллиона, — просто ответил Бенни Шостаков. — На остальных землях империи ещё миллион подданных.
Роман засмеялся:
— Ну, ты и врун. За все годы колонизации на Локус не было отправлено чуть больше миллиона бинарных массивов. Откуда вы взяли ещё полтора миллиона жителей? Джо Венцель настрогал?
Бенни Шостаков пропустил насмешку:
— Я скажу только три слова: темпоральная аномалия, капсулы и консервы.
— Консервы? Что это?
— Так мы называем особые капсулы, которые иногда прибывают с Земли. Необычно в них то, что в них нет ничего, кроме блоков памяти с бинарными массивами людей. В каждой капсуле умещается от семидесяти до ста тысяч людских сознаний.
Роман перестал улыбаться:
— Впервые слышу о таком.
— Конечно, ведь эта программа проекта «Эксплора» была запущена лет через десять, после твоего отбытия. По какой-то причине земляне перестали оснащать капсулы АКОСами, запасами оргмата или экипировкой. Они просто массово слали копии сознаний. Будто бы поспешно сливали весь архив человечества. «Законсервированные души», написала бы Юнь Джинг в своей новой нетленке.
— Из-за темпоральной аномалии капсулы с бинарными массивами из будущего прибыли намного раньше моей капсулы?
— Какой ты догадливый.
— Поэтому Рамирес и сбил нас? — осенило Романа. — Он собирает капсулы с «консервами», и создаёт себе новых рабов.
— Я поражён, как ты свёл воедино мои туманные намёки. Гений, чего уж там.
Роман надолго замолчал, переваривая услышанное. Отвернулся и приник к иллюминатору, вглядываясь в облака. Он не сомневался в правдивости слов Бенни. Зачем ему врать?
— Нет слов, коллеги, перспектива стать рабом Рамиреса меня пугает, — сказал Роман в аудиолог, которого не было. — При первой же возможности сбегу.
Бенни Шостаков удивлённо посмотрел на Джингов:
— Что с ним? «Надзиратель» мозги крутит?
— Неа, бывает с ним такое, — ухмыльнулся Стивен Джинг. — Ведёт аудиологи освоения Локуса.
— Вон оно что. Не думал, что ещё остались такие романтики. — Бенни достал из кармашка своего УниКома карту памяти с аудиологом Романа. — Послушаю на досуге. Интересно, чего он там нашептал.
— Это личный аудиолог! — рассердился Роман.
Бенни Шостаков спокойно ответил:
— Ты сам скоро будешь личной собственностью Великого Рамиреса.
Час проходил за часом. Ион-джет вышел из зоны патрулирования западенцев, и полёт продолжался без препятствий. Бенни ушёл к пилоту, а Джинги старались не обращать внимания на Романа, предупредив, что если он начнёт болтать — активируют «Надзирателя», лишая зрения и слуха.
Роман согласился не перечить им. Пусть он и со связанными руками, но хотя бы зрячий.
