– Макс! Не надо! – пискнула Лера и кинулась было к мужчинам, но там кипели такие страсти, что она испугалась приблизиться. Драки как таковой не было – возня, потасовка. Антон изо всех сил пытался ударить соперника или хотя бы подняться, а Макс оборонялся от неумелых ударов и просто возил его по асфальту. Сомневаться в том, кто выйдет победителем, было бессмысленно. Причём до такой степени, что даже охрана дома спокойно облокотилась о забор и с любопытством наблюдала за дракой, совершенно не беспокоясь за своего жильца. Лера бросила на них гневный взгляд, сняла туфли и со всей силы швырнула одну из них в сторону своих кавалеров. Она не видела, в кого угодила, но это имело эффект, потому что мужчины замерли и с удивлением просмотрели в её сторону.
– Чего стоите? – заорала Лера на стражей порядка, которые неохотно покинули зрительские места и направились в их сторону. Макс тем временем слез, наконец, с Антона и, подхватив жену под руку, практически потащил её в сторону дома. Когда же Лера попыталась оглянуться, чтобы узнать судьбу Антона, он больно сжал её локоть и прорычал в самое ухо:
– Не смей даже думать о том, чтобы повернуться!
Они хранили гробовое молчание до самой квартиры, и Лере даже показалось, что Макс успокоился. Она очень надеялась, что буря позади и что он позволит ей спрятаться в своей комнате, но она снова ошиблась.
– Что всё это значит? Ты пила! Ты обманула меня! С подругой в ресторане сидела? Теперь это так называется? Ты отключила телефон, ты целовалась с этим тощим идиотом! Где ты была на самом деле? – Макс орал так, что Лера чуть не оглохла. Он крепко держал её за плечи и довольно сильно тряс. – Ты спала с ним? Отвечай! Неужели у тебя настолько нет мозгов, что ты привела сюда любовника? А может, он тут уже чувствует себя как дома?
– Не говори глупости! Я правда была с Катей, Антон меня выследил. И не целовалась я ни с кем, он просто… Макс, он расстроен, ему тяжело признать, что я вышла замуж, – пропищала Лера и тут же закрыла глаза, потому что взгляд Макса был настолько угрожающим, что она боялась, что он её ударит. Наверное, благоразумнее в данной ситуации было отмолчаться и дать своему временному мужу успокоиться. Вот только Леру вдруг настолько возмутило его поведение, которое, по её мнению, просто не имело оправданий, что она решила идти до конца. И раз уж Макс всё равно завёл этот разговор, то пусть хоть убьёт, но молчать она не станет. – Имей немного сострадания. Антона можно понять, а ты своим появлением сделал только хуже. Он и так начал пить из-за всей этой истории. Не нужно было его провоцировать, а потом унижать, избивая. То, что ты сильнее, и так понятно, однако нужно уметь держать себя в руках! Ты для него и так победитель, зачем же уничтожать до конца?
Лера умоляюще посмотрела на Макса, надеясь, что он проявит хоть немного сочувствия, но её слова почему-то имели обратный эффект. Такого бешенства она раньше не встречала. На скулах у Макса появились два алых пятна, и он так сильно сжал её плечи, что наложенный жгут показался бы сейчас просто аккуратно повязанным бантиком.
– Может, мне его ещё в гости на чай позвать? Или ты думала, что я позволю ему тискать тебя в моём присутствии? Да в чьём угодно присутствии! – взорвался он. – Ты вообще слышала, что он говорил?
– А что, собственно, он такого сказал? – снова разозлилась Лера. Она так устала перед всеми оправдываться, тем более что в этой нелепой ситуации виновата не была. Ну почему, почему никто не хочет её услышать и понять? Почему все только и делают, что кричат, хватают её и пытаются в чем-то обвинить? – Конечно, слова Антона не совсем корректны, но что ты ожидал? Представь себе, я не понаслышке знаю, откуда берутся дети! Мне вообще непонятен твой праведный гнев. Я твоя жена только на бумаге и технически даже изменить не могу, потому что нас связывают только купюры, ради которых я и кручусь вокруг тебя! А теперь, будь любезен, отпусти, мне очень больно. Или меня ты тоже сейчас будешь таскать по полу, доказывая своё превосходство?
Зачем она это сказала, Лера сама не поняла. То ли она хотела наказать Макса за своё одиночество и неразделённую любовь. То ли за то, что всё это время он был с другой женщиной. А может быть просто прятала таким образом свои чувства и радость от того, что он вернулся. Ответов на это у Леры не было. Но на Макса её слова произвели впечатление. Он опешил и отпустил её так резко, словно обжёгся, отчего Лера, не удержавшись на ногах, некрасиво шлёпнулась на стоявшую сзади софу.
– Не могу поверить, что этот хилый болван – предел твоих мечтаний! Что это, Лера? Стокгольмский синдром, эмоциональная привязанность к первому мужчине, или он так хорош в постели, что ты никак не можешь его забыть? – немного хрипло, но уже спокойно спросил Макс через какое-то время.
– А что, любовь ты вообще не рассматриваешь? – обиженно проворчала она, растирая руки в том месте, где сжимал Макс.
– Ха, любовь! Какая любовь, если девушка ради наживы спокойно выходит замуж за другого и позволяет ему то, что позволяешь ты?
