Женщина отвела взгляд, и в это время к ней подошел, почти подбежал, мужчина в короткой кожаной куртке. Он судорожно, словно марионетка, размахивал руками, пытаясь, очевидно, что-то доказать. Потом схватил женщину за рукав норковой шубки и начал трясти будто помешанный. Она резко осадила его, сказала что-то сквозь зубы и отдернула руку. Яне показалось, что она даже слегка кивнула головой в ее сторону. Мужчина тоже, стараясь сделать это незаметно, посмотрел на Милославскую и тут же отвернулся. Он перестал суетиться, развернулся и быстро пошел вдоль мэрии по направлению к часовне. Через секунду перед подъездом остановилась белая «Волга»; женщина, еще раз бросив на Милославскую короткий нервный взгляд, села на переднее сиденье, и машина плавно тронулась с места.
Еще несколько мгновений Яна стояла на тротуаре, потом перешла дорогу и, открыв тяжелую деревянную дверь, очутилась в маленьком холле прямо перед широкой чугунной лестницей, ведущей наверх. Справа в холле громоздилась кабинка вахтера, слева за полированным столом сидел мужчина лет сорока в милицейской форме и с погонами старшего лейтенанта. Увидев Милославскую, он приосанился, как на параде, поправил портупею и набрал полную грудь воздуха. Сразу за вахтером Яна увидела еще одно помещение, служившее гардеробной. Подумав, что с просьбой следует, по-видимому, обращаться к вахтеру, она инстинктивно шагнула к столу, за которым восседал блюститель порядка.
— Добрый день, — она улыбнулась одной из своих загадочных улыбок и посмотрела милиционеру прямо в его серо-зеленые глаза.
— Слушаю вас, — старший лейтенант сделал движение, будто собираясь встать из-за стола, но почему-то остался сидеть.
— Я прошу прощения, — Яна сделала вид, что слегка потупилась, — к сожалению, я только что упустила нужного мне человека. Я видела, как она садилась в белую «Волгу», но не успела ее остановить. Вы мне не поможете? Она моего роста, лет пятидесяти с небольшим, в серой норковой шубке и рыжих сапогах на высоком каблуке. Выглядит довольно представительно…
— Я ее знаю, — старлей расплылся в довольной улыбке, но женщину по имени не назвал.
— Ради бога, — Яна умоляюще посмотрела на милиционера, — помогите мне.
— Квартирный вопрос? — понимающе закивал старший лейтенант.
«Квартирный вопрос? — про себя заметила Яна. — Интересно…» Вслух же она произнесла:
— Да, знаете ли, именно квартирный.
— Вашу знакомую зовут Алена Петровна, — с довольной миной произнес милиционер, — фамилия — Шевчук.
— Спасибо вам огромное, — улыбнулась Милославская, — а как мне ее найти?
— Приходите завтра, — старлей неопределенно пожал плечами.
— А сегодня Алены Петровны уже не будет?
— Этого я не знаю, они мне не докладывают.
— Она работает здесь, в мэрии? — поинтересовалась Милославская.
— Кажется… — старлей замялся.
— Я вас не понимаю, — удивилась Милославская.
— Ну, это можно уточнить, — старлей бодро поднялся из-за стола, подошел к конторке вахтера и что-то у него спросил.
Яна не слышала, о чем они говорили, но видела, что вахтер стал рыться в каких-то бумагах, открывать и закрывать огромные регистрационные журналы, а потом отрицательно покачал головой.
— Странно, — старлей вернулся к столу, — получается, что Алена Петровна не числится в штате. Возможно, она из обладминистрации…
— А к кому она приходит в мэрию? — продолжала расспрашивать Яна, пользуясь замешательством стража порядка.
— В жилишно-коммунальный отдел, — начал перечислять милиционер, — потом — в строительный, кажется, еще куда-то…
— Она здесь бывает регулярно?
— Почти каждый день, — уверенно произнес старлей, — во всяком случае при мне, я ведь посменно дежурю.
— Спасибо, — с задумчивым видом поблагодарила Милославская, — до свидания.
— До свидания, — милиционер озадаченно почесал в затылке и опустился на свое место.
Все это было по меньшей мере странно. Яна вышла из мэрии и отправилась в сторону набережной, пытаясь как-то упорядочить мысли. Никогда еще она не попадала в такую непонятную ситуацию. Какое отношение имеет эта Алена Петровна Шевчук к расследуемому делу? Да и имеет ли вообще? Может быть, ей все это только показалось? Ну какое отношение к убийствам имеет какая-то привидевшаяся ей скульптура над входом в мэрию? А если бы этой скульптурой оказалось так называемое «сердце губернии», выставленное недавно перед зданием областной администрации? Милославская мысленно отогнала эту уродливую груду меди — слабое подражание неизвестного провинциального скульптора Эрнсту Неизвестному — и продолжала размышлять. Шевчук она никогда раньше не видела, но…
Это «но» не давало ей покоя. Откуда все-таки она могла знать ее? Видеть где-то на фотографии? А этот мужчина, что-то требовавший от Алены Петровны перед входом в мэрию, его тоже нужно пристроить в какую-то связку? Может быть, это именно он, а не Шевчук причастен так или иначе к убийствам? Господи, сколько вопросов!
